Домой Регистрация
Приветствуем вас, Гость



Форма входа

Население


Вступайте в нашу группу Вконтакте! :)




ПОИСК


Опросник
Используете ли вы афоризмы и цитаты в своей речи?
Проголосовало 514 человек


Тургеневская девушка что это такое


«Тургеневская девушка» - какая она? Образ, внешность, характер

Благодаря творчеству И. С. Тургенева в русском языке появилось устойчивое выражение «тургеневская девушка» или «тургеневская барышня». Обобщенный образ тургеневских героинь так органично вписался в жизни русских интеллигентов XIX века, что это выражение используется и сегодня. Но в последнее время под этим подразумевают инфантильную сентиментальную барышню, которая ждет принца на белом коне и совершенно не способна к самостоятельной жизни. Это вовсе не соответствует первоначальному пониманию. Какая «тургеневская девушка» на самом деле?

Воспитание

Любимые героини Тургенева растут вдали от светского общества с его развращающим влиянием. Их воспитание проходит не в Москве и Петербурге, а в уединенном дворянском поместье. Из-за этого тургеневские девушки близки к природе и народу и чутко воспринимают красоту окружающего мира. Они очень образованны и начитанны.

Как выглядит тургеневская девушка?

Девушки из романов Тургенева не отличаются той яркой внешностью, которая поражает всех мужчин на их пути. Героиня может быть изображена дурнушкой («Новь»). Однако она обладает той скрытой красотой, которую может заметить только настоящий ценитель прекрасного.

Какой характер у тургеневской барышни?

Кто возлюбленный «тургеневской девушки»?

Из всех претендентов на ее руку героиня Тургенева выбирает не самую удачную партию («Рудин»). Против таких браков выступают и родители, и все светское общество, но девушка непоколебима в своем выборе и следует за любимым даже на войну («Накануне»).

Можно провести такую параллель: «тургеневская девушка» – это Россия, а ее мужчина – это самый яркий российский тип на тот момент. В романе «Рудин» выведен тип русского философа и интеллигента, который не способен к плодотворной деятельности. Именно этот тип был характерен для 1840-х, когда происходит действие романа.

К сожалению, ни в одном из романов Тургенева мы не находим благополучной развязки любовной линии. Даже если герои устроили личное счастье, оно оказывается разрушенным стихийными силами («Накануне»). Теперь вы знаете, кто такая настоящая «тургеневская девушка»!

writervall.ru

Тургеневская девушка - это... Что такое Тургеневская девушка?

Константин Сомов. «Дама в голубом» (Портрет Е. М. Мартыновой), 1897—1900, Третьяковская галерея. Портрет написан на рубеже веков, но автор специально изобразил модель в старомодной одежде 1850-х годов, чтобы подчеркнуть её одухотворённость Иван Крамской. «За чтением» (Портрет Софьи Крамской, жены художника), 1863

Тургеневская девушка, тургеневская барышня — типичная героиня произведений Ивана Тургенева, литературный стереотип, сформировавшийся в русской культуре на основе обобщённого образа нескольких его женских персонажей из произведений 1850-х — 1880-х годов.

В книгах Тургенева это замкнутая, но тонко чувствующая девушка, которая, как правило, выросла на природе в поместье (без тлетворного влияния света, города), чистая, скромная и образованная. Она — явный интроверт, плохо сходится с людьми, но обладает глубокой внутренней жизнью. Яркой красотой она не отличается, может восприниматься как дурнушка. Она влюбляется в главного героя, оценив его истинные, не показные достоинства, желание служить идее и не обращает внимание на внешний лоск других претендентов на её руку. Приняв решение, она верно и преданно следует за любимым, несмотря на сопротивление родителей или внешние обстоятельства. Иногда влюбляется в недостойного, переоценив его. Она обладает сильным характером, который может быть сначала незаметен; она ставит перед собой цель и идёт к ней, не сворачивая с пути и порой достигая намного большего, чем мужчина; она может пожертвовать собой ради какой-либо идеи[1]. Её черты — огромная нравственная сила, «взрывная экспрессивность, решительность „идти до конца“, жертвенность, соединённая с почти неземной мечтательностью», причём сильный женский характер в книгах Тургенева обычно «подпирает» более слабого «тургеневского юношу»[2]. Рассудочность в ней сочетается с порывами истинного чувства и упрямством; любит она упорно и неотступно.

В современной языковой ситуации этот стереотип деформировался и эпитет «тургеневская барышня/девушка» ошибочно употребляется для обозначения «романтической девушки; идеалистки; нежной и душевной барышни[3]; несовременной, старомодной особы; слабой, плаксивой, сентиментальной[4], неприспособленной к жизни; поэтичной, нежной, легкой, влюблённой, изящной[1]; романтичной и возвышенной, хрупкой и трогательной, женственной и утончённой[5]; мгновенно краснеющей и смущающейся». Очевидно, произошло частичное смешение с характеристиками кисейной барышни, институтки — изначально более негативных, нервных и неприспособленных к реальной жизни женских образов.

В книгах Тургенева

Тургенев во многом следует пушкинскому каноническому образу русской женщины с её естественными, открытыми и яркими чувствами, которые, как правило, не находят должного ответа в мужской среде[6].

…Наталья Алексеевна, с первого взгляда могла не понравиться. Она еще не успела развиться, была худа, смугла, держалась немного сутуловато. Но черты ее лица были красивы и правильны, хотя слишком велики для семнадцатилетней девушки. Особенно хорош был ее чистый и ровный лоб над тонкими, как бы надломленными посередине бровями. Она говорила мало, слушала и глядела внимательно, почти пристально, — точно она себе во всем хотела дать отчет. Она часто оставалась неподвижной, опускала руки и задумывалась; на лице ее выражалась тогда внутренняя работа мыслей… Едва заметная улыбка появится вдруг на губах и скроется; большие темные глаза тихо подымутся… «Qu’avez-vous?»[7] — спросит ее m-lle Boncourt и начнет бранить ее, говоря, что молодой девице неприлично задумываться и принимать рассеянный вид. Но Наталья не была рассеянна: напротив, она училась прилежно, читала и работала охотно. Она чувствовала глубоко и сильно, но тайно; она и в детстве редко плакала, а теперь даже вздыхала редко, и только бледнела слегка, когда что-нибудь ее огорчало. Мать ее считала добронравной, благоразумной девушкой, называла ее в шутку: mon honnete homme de fille[8], но не была слишком высокого мнения об ее умственных способностях. «Наташа у меня, к счастью, холодна, — говаривала она, — не в меня… тем лучше. Она будет счастлива». Дарья Михайловна ошибалась. Впрочем, редкая мать понимает дочь свою.

В сравнении с теткой Марианна могла казаться почти «дурнушкой». Лицо она имела круглое, нос большой, орлиный, серые, тоже большие и очень светлые глаза, тонкие брови, тонкие губы. Она стригла свои русые густые волосы и смотрела букой. Но от всего ее существа веяло чем-то сильным и смелым, чем-то стремительным и страстным. Ноги и руки у ней были крошечные; ее крепко и гибко сложенное маленькое тело напоминало флорентийские статуэтки ХVI века; двигалась она стройно и легко. (…) Дяди она чуждалась, как и всех других людей. Она именно чуждалась их, а не боялась; нрав у нее был не робкий. (…) Марианна принадлежала к особенному разряду несчастных существ — (в России они стали попадаться довольно часто)… Справедливость удовлетворяет, но не радует их, а несправедливость, на которую они страшно чутки, возмущает их до дна души.

Девушке

Мне не нравится томность Ваших скрещенных рук, И спокойная скромность, И стыдливый испуг. Героиня романов Тургенева, Вы надменны, нежны и чисты, В вас так много безбурно-осеннего От аллеи, где кружат листы. Никогда ничему не поверите, Прежде чем не сочтете, не смерите, Никогда никуда не пойдете, Коль на карте путей не найдете. И вам чужд тот безумный охотник, Что, взойдя на нагую скалу, В пьяном счастье, в тоске безотчетной

Прямо в солнце пускает стрелу.

Василий Поленов. «Бабушкин сад», 1878

Ей недавно минул двадцатый год. Росту она была высокого, лицо имела бледное и смуглое, большие серые глаза под круглыми бровями, окруженные крошечными веснушками, лоб и нос совершенно прямые, сжатый рот и довольно острый подбородок. Ее темно-русая коса спускалась низко на тонкую шею. Во всем ее существе, в выражении лица, внимательном и немного пугливом, в ясном, но изменчивом взоре, в улыбке, как будто напряженной, в голосе, тихом и неровном, было что-то нервическое, электрическое, что-то порывистое и торопливое, словом, что-то такое, что не могло всем нравиться, что даже отталкивало иных. Руки у ней были узкие, розовые, с длинными пальцами, ноги тоже узкие; она ходила быстро, почти стремительно, немного наклоняясь вперед. Она росла очень странно; сперва обожала отца, потом страстно привязалась к матери и охладела к обоим, особенно к отцу. (…) Слабость возмущала ее, глупость сердила, ложь она не прощала «во веки веков»; требования ее ни перед чем не отступали, самые молитвы не раз мешались с укором. Стоило человеку потерять ее уважение, — а суд произносила она скоро, часто слишком скоро, — и уж он переставал существовать для нее. Все впечатления резко ложились в ее душу; не легко давалась ей жизнь. (…) Елена слушала его внимательно и, обернувшись к нему вполовину, не отводила взора от его слегка побледневшего лица, от глаз его, дружелюбных и кротких, хотя избегавших встречи с ее глазами. Душа ее раскрывалась, и что-то нежное, справедливое, хорошее не то вливалось в ее сердце, не то вырастало в нем.

Памяти И.С. Тургенева (фрагмент)

10. И там вдали, где роща так туманна, Где луч едва трепещет над тропой,- Елена, Маша, Лиза, Марианна, И Ася, и несчастная Сусанна - Собралися воздушною толпой. 11. Знакомые причудливые тени, Создания любви и красоты, И девственной и женственной мечты,- Их вызвал к жизни чистый, нежный гений, Он дал им форму, краски и черты. 12. Не будь его, мы долго бы не знали Страданий женской любящей души, Ее заветных дум, немой печали; Лишь с ним для нас впервые прозвучали Те песни, что таилися в тиши. 13. Он возмутил стоячих вод молчанье, Запросам тайным громкий дал ответ, Из тьмы он вывел женщину на свет, В широкий мир стремлений и сознанья,

На путь живых восторгов, битв и бед.

«Вся проникнутая чувством долга, боязнью оскорбить кого бы то ни было, с сердцем добрым и кротким, она любила всех и никого в особенности; она любила одного Бога восторженно, робко, нежно. Лаврецкий первый нарушил ее тихую внутреннюю жизнь» (…) «Славная девушка, что-то из нее выйдет? Она и собой хороша. Бледное, свежее лицо, глаза и губы такие серьезные, и взгляд честный и невинный. Жаль, кажется, она восторженна немножко»

Девушка, которую он назвал своей сестрой, с первого взгляда показалась мне очень миловидной. Было что-то свое, особенное, в складе ее смугловатого, круглого лица, с небольшим тонким носом, почти детскими щечками и черными, светлыми глазами. Она была грациозно сложена, но как будто не вполне еще развита. (...) Ася сняла шляпу; ее черные волосы, остриженные и причесанные, как у мальчика, падали крупными завитками на шею и уши. Сначала она дичилась меня. (...) Я не видел существа более подвижного. Ни одно мгновение она не сидела смирно; вставала, убегала в дом и прибегала снова, напевала вполголоса, часто смеялась, и престранным образом: казалось, она смеялась не тому, что слышала, а разным мыслям, приходившим ей в голову. Ее большие глаза глядели прямо, светло, смело, но иногда веки ее слегка щурились, и тогда взор ее внезапно становился глубок и нежен.

У других писателей

Образ встречается и у Антона Чехова.

Аркадий Аверченко в юмористическом рассказе «Смерть девушки у изгороди» горько шутит о недостижимости подобного женского идеала.

В литературоведении

Иван Крамской. «Лунная ночь», 1880

См. также

Библиография

Примечания

dic.academic.ru

Научная статья по литературе на тему "Тургеневская девушка"

Тургеневская девушка. Елена Стахова – главная героиня романа И.С.Тургенева «Накануне».

Автор статьи: Файрушина Елена Валерьевна, учитель русского языка и литературы школы №6 им. И.Н.Ульянова г. Ульяновска

«Тургенев был прославленным мастером исторической типизации — это общеизвестно. В каждом из своих романов он стремился закрепить образ (обычно это главный герой), определяющий черты поколении», – отмечала Л.Я. Гинзбург1. Если брать во внимание гендерный аспект, то можно выделить в творчестве писателя наиболее яркий мужской образ – тип нигилиста, Базарова, и женский тип, получивший условное название в исследовательской и критической литературе – «тургеневская девушка».

Черты этого образа угадываются повсюду: в творчестве других писателей (А.П. Чехова, И. Бунина и др.), в искусстве, в частности живописи. Л. Н. Толстой в беседе с Чеховым выразил следующее мнение о тургеневских девушках: «Может быть, таких, как он писал, и не было, но когда он написал их, они появились. Это — верно; я сам наблюдал потом тургеневских женщин в жизни»2.

Тургеневская девушка – это нравственный идеал писателя, который он представил на всеобщий суд. П. А. Кропоткин в своих «Записках революционера» писал, что Тургенев вселил высшие идеалы и показал нам, что такое русская женщина, какие сокровища таятся в ее сердце и уме, и чем она может быть как вдохновительница мужчины.

Более всего писатель ценил в женщине душу, характер. То, как женщина проявляет себя при определенных обстоятельствах, в отношении с любимым и родными, составляет главный критерий авторской оценки. Испытания, главным образом любовью, являются неотъемлемой частью раскрытия образа. П.Г. Пустовойт говорит об исключительной силе светлой и облагораживающей любви в жизни героинь. «Обаяние многих тургеневских девушек, несмотря на разницу их психологических типов, заключается в том, что их характеры раскрываются в момент напряжённого поэтического чувства, которому Тургенев научился у Пушкина. Как и его великий предшественник, он с волнением наблюдал, как расцветают и преображаются молодые существа под влиянием любви»3. Любовь изображается Тургеневым в соответствии с его философскими взглядами, стихийной и бессознательной силой, перед которой не властен человек. Любовью продиктованы самые смелые и отчаянные поступки героинь, именно этим чувством движется жизнь романов Тургенева. Плеяда женских образов, которых исследователи считают истинно тургеневскими девушками, рассмотрена в статье С. Зимовец: родоначальницей женского типа И.С.Тургенева является Лиза из повести «Дневник лишнего человека», а продолжательницами рода – Наташа Ласунская из романа «Рудин», Вера из повести «Фауст», собственно Ася из одноименной повести, далее – Лиза Калитина из романа «Дворянское гнездо» и Елена Стахова из романа «Накануне»4. А.И. Батюто, Г.А. Бялый, Ю.В.Лебедев, П.Г. Пустовойт и многие другие исследователи творчества писателя дополняют этот перечень героинь рядом существенных образов: Джеммой, героиней «Вешних вод», Ириной Осининой из романа «Дым», Марианной Синецкой, изображенной в романе «Новь». Не будем говорить о каждой в отдельности, мы лишь выделим типологические черты. Тургеневская девушка не может любить «понарошку», наполовину. Она отдается этому чувству вся без остатка, всё или ничего. От своего избранника она требует того же. Искренность в отношениях для неё превыше всего.

А. П. Чехов довольно резко высказывался на этот счет. Там где многие видели естественность, скромность, высоту духа, бескорыстную самоотверженность, Чехов усмотрел «деланность», «фальшь». Он писал: «какие-то Пифии, вещающие, изобилующие претензиями не по чину»5

В пример можно поставить Елену Стахову, героиню романа «Накануне», высокие стремления и порывы которой сочетались с «пренебрежением» ко всему «обыкновенному»: «обыкновенным» женихам, «обыкновенным» родителям, «обыкновенной» жизни [18, с.181]. Виноваты сами героини, что любовь их и вместе с тем жизнь трагические, слишком много в них исключительного.

Восхищаясь женской душой, Тургенев обращал внимание и на внешнюю красоту, грацию, манеры. И.С. Тургенев в письме П.Виардо в сентябре 1850 г. пишет, что «красота – единственная бессмертная вещь, и пока продолжает существовать хоть малейший остаток ее материального проявления, бессмертие ее сохраняется» [3, с.213]. Прекрасное проявляется повсюду, но особенно в человеческой индивидуальности. Женский мир вещный и психологический писатель воссоздает с пристальным вниманием. Движения, мимика, жесты, манеры, слова героинь способствуют созданию цельного, идеального образа.

Тургенев акцентирует внимание не на отдельных чертах внешности, рисуя портрет героини, а на общем впечатлении, которое производят девушки. От Одинцовой, например, «веет какой-то ласковой и мягкой силой». Про Марианну Синецкую писатель сообщает: «От всего её существа веяло чем-то сильным и смелым, чем-то стремительным и страстным», а про Елену Стахову: «Во всём её существе было что-то нервическое, электрическое, что–то порывистое и торопливое, словом, что–то такое, что не могло всем нравиться, что даже отталкивало иных». Интересно, что в женском образе, Тургенев всегда обращает внимание на выражение глаз: «внимательный и задумчивый взгляд», «удивительное выражение доброты и кротости в умных глазах».

Тургеневские девушки проявляют несвойственную барышням того времени решительность, готовность идти до конца в борьбе за свое счастье. Ася, героиня одноименной повести, приглашает своего возлюбленного на свидание в уединенное место, наверняка, догадываясь, что если эта история получит огласку, её репутация будет погублена навсегда. Еще более смело ведет себя Джемма, героиня «Вешних вод», которая, не задумываясь, порывает с завидным женихом. Она делает из–за любви к человеку, которого видела всего несколько раз в жизни и почти не знает. Пожалуй, есть еще одно качество, характерное для «тургеневских девушек»: они не рассуждают, живут не разумом, а сердцем. Отсюда порывистость, страстность их поведения, порою даже неадекватность. Это дает повод С. Зимовец, Э. Надточий считать, что «тургеневские девушки» находятся «в состоянии аффекта» [1, с. 43–47], что у них «золотуха, загнанная внутрь» [1, с.24–42]. Однако большинство исследователей и критиков сходятся во мнении, что тургеневским девушкам присущи такие качества как: скромность, мечтательность, высокая нравственная чистота, религиозность. Тургенев подчеркивал, что религиозность, к примеру, Лизы Калитины, необычна, ибо она «влечет к подвижничеству» [14, с.259]. В. И. Немирович-Данченко отмечает сходство с сестрами милосердия [23, с.451]. Тургеневские девушки живут, прежде всего, духовной жизнью. Они не просто соблюдают религиозные обряды, а живут в соответствии с моральными требованиями христианства: помогают ближним, готовы пожертвовать собой, строго судят себя за любой дурной поступок. Это сближает их с простым народом. Нельзя не вспомнить здесь другую героиню, которая стала своего рода предтечей тургеневской девушки. Это, конечно, Татьяна Ларина.

Так, героиня одноименной повести Ася с детства мечтает быть похожей на пушкинский «милый идеал». Здесь и магия имени: мать девушки звали Татьяной. Недаром, говоря о Лариной, она вспоминает мать и перефразирует:

Где нынче крест и тень ветвей

Над бедной матерью моей.

С героиней «Евгения Онегина» её роднит искренность, безыскусность чувства. Подобно Татьяне, она первая напишет любимому, назначит свидание, выскажет чувства. Ни тени кокетства. О прямой связи «Дворянского гнезда» с «Евгением Онегиным» в писали неоднократно. В частности Аполлон Григорьев в статье «Искусство и нравственность»: эта милая, симпатичная Лиза, у которой своих слов нет, которая, в сущности, все - таки Татьяна Пушкина [23].

В поэзии черты тургеневской девушки были воспеты и ярко обозначены Н.Гумилевым:

Героиня романов Тургенева,Вы надменны, нежны и чисты,В вас так много безбурно–осеннегоОт аллеи, где кружат листы.Никогда ничему не поверите,Прежде чем не сочтете, не смерите,Никогда никуда не пойдете,

Коль на карте путей не найдете [

К.Бальмонтом:

И там вдали, где роща так туманна,Где луч едва трепещет над тропой, –Елена, Маша, Лиза, Марианна,И Ася, и несчастная Сусанна –

Собралися воздушною толпой.

Знакомые причудливые тени,Создания любви и красоты,И девственной и женственной мечты, –Их вызвал к жизни чистый, нежный гений,

Он дал им форму, краски и черты [2, с.170]

И.С. Тургенев противопоставляет чистый, светлый образ своих «идеальных» героинь образу эмансипированных женщин, которые представлены на страницах его романов: Авдотья Никитишна Кукшина («Отцы и дети»), Фекла Машурина («Новь»). Мы говорили уже о долгом и мучительном процессе эмансипации, в результате которого на авансцену вышло немало смелых, решительных женщин. Применительно к России можно отнести дворянок, которые не боялись общественного мнения и рвали со своим привычным окружением, отдалялись от семьи, отрицали брак и реализовывались в научной и революционной деятельности. Женщины-революционерки были порой мужественнее и фанатичнее своих собратьев по борьбе. Для женщин из демократической, революционной среды стало привычным вызывающее поведение, отрицание привычно женственного, светского. Небрежность в одежде, сигары, выпивка – все это уравнивало их с мужчинами, на их взгляд это самые явные проявления женской свободы.

Авдотья Никитишна Кукшина – «передовая женщина»6, «разъехалась с мужем, ни от кого не зависит». Комната, в которой очутились герои произведения, была похожа на рабочий кабинет. «Бумаги, письма, толстые нумера русских журналов, большею частью неразрезанные, валялись по запыленным столам; везде белели разбросанные окурки папирос». Она была «еще молодая, белокурая, несколько растрепанная, в шелковом, не совсем опрятном, платье, с крупными браслетами на коротеньких руках и кружевною косынкой на голове» (с. 68). По меткому замечанию автора, «в маленькой и невзрачной фигурке эмансипированной женщины не было ничего безобразного; но выражение ее лица неприятно действовало на зрителя. Невольно хотелось спросить у ней: «Что ты, голодна? Или скучаешь? Или робеешь? Чего ты пружишься?» (с.68). Ее поведение, ее действия походили на мужские: «Евдоксия свернула папироску своими побуревшими от табаку пальцами, провела по ней языком, пососала ее и закурила» (с. 69). Героиня «поклялась защищать до последней капли крови права женщин», но судя по изображаемому в тексте эпизоду, сама Авдотья Никитишна утратила всю прелесть женственности. Хочется задаться вопросом: женщины борются за право распивать шампанское, курить, читать соответствующую литературу, «на равных» вести себя в обществе мужчин? Нет. Ответ находим в статье Д.И. Писарева «Базаров». Критик замечает, что Кукшина – это «великолепно исполненная карикатура эмансипированной женщины», которая нахваталась «чужих фраз», она заимствовала у своего в. «только драпировку» [15]. Сам И.С. Тургенев на страницах романа подсмеивается над этой «дамой», отношение к ней негативное, неуважительное. Базаров уходит, даже не попрощавшись с хозяйкой.

Однако общество в 1863 г. стало все более ценить образованных женщин, искавших признания в труде. Новое положение женщины в русской жизни (или, по крайней мере, ее амбиции и желания) неизбежно влияли на повседневность, исподволь меняли статус женщины в глазах мужчины.

Елена Стахова – главная героиня романа И.С. Тургенева «Накануне», играет важную роль в типологии тургеневских девушек. По меткому замечанию Г. Рабель, до героического предела довел писатель этот женский тип в образе Елены7. Она считала героиню не только отважней и сильней своих литературных сестер, но и объективно счастливее их: поначалу ей дается все, к чему она стремилась и о чем мечтала. Но сам Тургенев в повести «Ася» вывел формулу: «У счастья нет завтрашнего дня» [20, с.55]. Елена Стахова, подобно своим предшественницам, не обрела его, пройдя тяжелый путь испытаний. Проследим становление образа тургеневской девушки в лице Елены Стаховой с самого начала романа.

Перед нами юное создание, девушка двадцати лет, обладающая вполне конкретными представлениями о жизни. Елена родилась в семье, где была психологически некомфортная обстановка, нельзя сказать, что ее избаловали родительской любовью и нежностью. Мать Анна Васильевна, по определению Шубина «курица». Забота о воспитании единственной дочери не тяготила ее. Она «передала ее на руки гувернантке» (с.42). Анна Васильевна, склонная к волнению и грусти, из тех женщин, которые были в моде начала XIX в. Отец Елены Николай Артемьевич был красив, хорошо говорил по-французски, «слыл философом, потому что не кутил», любил поспорить о вещах недалеких, но главная его заслуга – удачная женитьба (с.41). Примерным семьянином он не стал, ибо был неверным супругом, который тратил деньги на подарки другим женщинам и развлечения. Отец Елены личность противоречивая. А.И. Батюто усматривал в этом закономерный художественный принцип «противоречия» по И.С. Тургеневу. «На всем протяжении романа Стахов изображен существом пустым, тщеславным, капризно-эгоистичным, мелочным и пошлым. И вдруг «неожиданно», в момент последнего прощанья с дочерью, этот человек. совершенно преображается» (с.220). Но преображение будет еще не скоро, лишь в самом конце романа, а пока очевидно: к рождению ребенка, с психологической точки зрения, супруги не были готовы. Елена, по замечанию автора, «росла очень странно: сначала обожала отца, потом страстно привязалась к матери и охладела к обоим» (с.56). Это не удивительно, ребенок с рождения должен чувствовать себя любимым и желанным, должен всегда чувствовать поддержку со стороны родителей, а не наоборот – отчаянно искать ее и, не найдя, разочароваться. В детстве ребенок нуждается в удовлетворении познавательных потребностей, если этого не происходит, то, по Эриксону, может развиться пожизненное чувство неполноценности [27, с.134]. Думаю, что именно это и наблюдается у Елены, которая с самого детства была предоставлена сама себе.

В возрасте 3-7 лет самостоятельность выходит на первый план, так как дети становятся менее зависимыми от родителей в мелочах повседневной жизни и более способными к завязыванию тесных дружеских отношений со сверстниками, по мнению известного психолога Д.Б. Эльконина [26, с.151]. В этот период формируются восприятие, ощущение, ребенок остро реагирует на окружающий мир. У Елены было развито чувство сострадания и «деятельного добра». Она, вероятно, видела, что не похожа на других, потому что была дворянского происхождения, были люди, которым она могла и хотела помогать. Круг ее общения: нищие, голодные, больные, которые так волновали ее, что видела их во сне. Она хотела заботиться о ком-то, защищать, это так называемый «материнский инстинкт». Отца раздражало это в девочке, как он выражался, «от собак и кошек в доме ступить негде» (с. 56).

«На десятом году Елена познакомилась с нищей девочкой Катей и тайком ходила к ней на свидание в сад, приносила ей лакомства» (с. 57). Подруг других у нее не было. С точки зрения психологии, девочкам в раннем возрасте не характерно общение с широким кругом друзей, им достаточно «лучшей подруги». По Эриксону, сталкиваясь с вопросами социального статуса, ребенок ищет уверенность и безопасность, старается быть похожим на своих сверстников. «Это важная попытка развития автономности, и она требует бросить вызов родительским и общественным нормам»8. Елена, чувствуя социальную пропасть между ней и крестьянской девочкой, подсознательно ощущала свою неполноценность и старалась быть с Катей на равных. «Она садилась с ней рядом на сухую землю, в глуши, за кустом крапивы; с чувством радостного смирения ела ее черствый хлеб», «в дождь бегала на свиданье и запачкала себе платье», за что отец назвал ее «замарашкой», и слушала рассказы о злой тетке, которая била крестьянскую девочку (с.57–58). В детстве каждый ребенок мечтает, фантазирует, видит мир в ярких красках, которые нередко сгущает. В связи с этим Писарев писал о Елене: «...она ищет лучшего и, не находя этого лучшего, уходит в мир фантазии, начинает жить воображением она не критикует нашей жизни, не всматривается в ее недостатки, а просто отворачивается от нее и хочет выдумать себе жизнь» [15]. Елена воображала, как будет скитаться с Катей по всей Божьей воле, в венке из васильков и с ореховой палкой. Но мир мечты и грез не понимают взрослые. Поэтому это было тайной, страшной и сладкой, которую Елена скрывала от родителей.

Все рухнуло с известием о смерти Кати. Пережить смерть единственного близкого человека, подруги – это психологическая травма. «Последние слова девочки беспрестанно звучали в ушах у Елены» (с. 59).

Таков психологический портрет семьи, в которой росла героиня. У нас есть все основания предполагать, что у маленькой Елены была насыщенная внутренняя жизнь, полная разочарований и тревог, и внешне абсолютно бездейственная. Она была чужой в семье родной, наличие комплексов, о которых упоминалось выше, развили в ней скрытность, чувство вины за все и некую замкнутость в общении.

В день, когда началось повествование романа, героине недавно исполнилось 20 лет. «Росту она была высокого, лицо имела бледное и смуглое, большие серые глаза под круглыми бровями, окруженные крошечными веснушками, лоб и нос совершенно прямые, сжатый рот и довольно острый подбородок. Ее темно-русая коса спускалась низко на тонкую шею. Во всем ее существе, в выражении лица, внимательном и немного пугливом, в ясном, но изменчивом взоре, в улыбке, как будто напряженной, в голосе, тихом и неровном, было что-то нервическое, электрическое, что-то порывистое и торопливое, словом, что-то такое, что не могло всем нравиться, что даже отталкивало иных. Руки у ней были узкие, розовые, с длинными пальцами, ноги тоже узкие; она ходила быстро, почти стремительно, немного наклоняясь вперед» (с. 55). И.С. Тургенев не случайно представил нам Елену в таком образе.

Психолог Т.Шварц уделял первостепенное внимание форме лица и цвету. Следуя восточным традициям, он относил людей с «бледным» лицом к стихии воды. «Как вода принимает форму сосуда, так и люди с оттенком кожи этой стихии непостоянны и чувствительны. Идеальная сфера деятельности – интеллектуальная»9. Так на первых страницах романа мы становимся свидетелями беседы Елены с молодым скульптором Шубиным и молодым ученым Берсеневым. Героине не интересны «старые шутки», «французские романы и женские тряпки», она желает узнать о значении «шеллингианец», не против послушать лекцию о Шеллинге. «Нам с вами лекции очень нужны, Павел Яковлевич» (с. 48).

О стихии человека можно судить и по лбу. У героини романа он «совершенно прямой», а это редкость. В психологии считается признаком аристократической породы, великодушия, доброты. Елена Николаевна с детства жалеет слабых и беззащитных животных, помогает обездоленным, боится грубым словом обидеть.

Самая красивая черта человеческого лица – глаза. Веками проверенная мудрость гласит: хочешь узнать человека – загляни ему в глаза. «Большие серые глаза». В них таится чувствительность души и мужество. Как утверждает Т. Шварц, люди с большими глазами «часто склонны выдавать желаемое за действительное, приукрашивать события и часто не осознают грань между правдой и ложью» [25, с. 106]. Отмечается, что довольно часто у таких людей неудачи на личном фронте. Елена Стахова, как бы мы определили, гиперчувствительна: глядела в ночь, потом откинула волосы, протянула к небу руки, уронила их, стала на колени перед своей постелью и «заплакала какими-то странными, недоумевающими, но жгучими слезами» (с. 60). Что это за порыв? Чем он вызван? Это какое-то кричащее одиночество или любовная лихорадка? Претендентов на ее руку и сердце было не много. Можно сказать, что автор представляет нам лишь двоих: Шубина и Берсенева. «Она рвалась и томилась», даже боялась сама себя (с. 60). Ей искренне хотелось найти любимого человека, но выбор был невелик. Елене даже стало казаться, что это мог быть Берсенев. Не зная, что это за чувство, любовь, она выдавала желаемое за действительное. Кто знает, если бы не появился Инсаров, может она и убедила бы себя в чувствах к Павлу Яковлевичу и вышла бы замуж?

Решительность и властность характера проявляется с появлением «героя» - Инсарова Дмитрия Никанорыча. Он ворвался в мир Елены, нарушил все его законы. Мог ли на его месте быть другой? Наверное, нет, потому что он должен быть особенным, непохожим на тех, кто был ей знаком. В детстве девочки мечтают о принце, который приедет и заберет в свое царство. Девушка давно задумывалась о «побеге» из дома, России… Первое знакомство было заочным. Берсенев рассказал историю одного студента, болгарина, который приехал в Россию учиться с целью освобождения своей родины. Судьба его необыкновенная, а если быть точными печальная: мальчик в восемь лет остался сиротой по вине турецкого аги. Девушки от природы сентиментальны и восприимчивы, особенно Елена. Жалость очень сильное чувство, возникает непреодолимое желание помочь, быть рядом. Наша героиня, возможно, испытала перенос собственной потребности в любви на вполне конкретного мужчину. Интерес закрепляется расспросами: «Каков он из себя, этот ваш, как вы его назвали… Инсаров?» (с.81). Слова «как вы его назвали…Инсаров» лишние, потому что она не дождалась ответа и с точностью произнесла фамилию. Девушки, желая скрыть свою заинтересованность в мужчине, часто прибегают к таким незначительным уловкам, чтобы собеседник ничего не заподозрил, особенно, если он влюблен в нее, как Берсенев в Стахову.

На что в первую очередь обращает внимание героиня? «Он не горд?», «А он беден?», и как следствие, «должно быть, много характера», «И не застенчив он?». Ответ прост – на характер, она пытается понять, как вести себя при первой встречи с человеком.

«Сама того не подозревая, она ждала чего-то более “фатального”», чем то, что увидела (с.89). Образ героя был простым, даже обыденным. Если вначале ей хотелось «преклониться перед ним», то после очного знакомства «дружески подать руку». Она решила ждать… А тем временем, как и любая девушка, тайно сочиняла вопросы для будущих встреч, рисовала, а вернее всего дорисовывала образ своего «ироя», как назвал его сам автор. С каждым недолгим его появлением, он нравился все больше и больше. Когда Елена Стахова решилась на встречу «с глазу на глаз», Инсаров пропадает, исчезает с поля зрения. Она старается казаться равнодушной, но у нее не получается, боязнь расстаться навсегда пугает и подталкивает к решительным действиям.

Случай представился вскоре после разговора по возвращению Инсарова, в котором Елена искренне призналась говорить только правду и восхитилась патриотизмом героя. Она сама всегда желала деятельного добра, поступка. Бороться за освобождение Родины, «какую это дает уверенность и крепость» (с. 93)!

Общение героев продолжалось в течение месяца. Интересно обратить внимание на поведение Инсарова по отношению к Елене. Известно, что стратегия обольщения у мужчин и женщин неодинаковая. Мужчина с незапамятных времен доказывал женщине свою доблесть и храбрость. Он старался зарекомендовать себя, возвысить в глазах возлюбленной. Путь к завоеванию сердца нелегок, ибо роль женщины заключается в эмоциональной игре. Она может обратить внимание на проявленное мужчиной мужество, а может проигнорировать, давая понять, что это всего лишь долг мужчины. Во время прогулки по Царицыну гурьба растрепанных мужчин, изрядно подвыпивших, требовали спеть «на бис». Один немец, «огромного росту, с бычачьей шеей», просил «поцалуйшик» от Елены или Зои. К счастью, Инсаров был рядом, вот он случай, где можно проявить себя! С чувством собственного достоинства и такта Дмитрий Никанорыч в присутствии дам бросил наглеца в воду «с тяжким всплеском» (с.100–104). И непринужденно взявши Анну Васильевну за руку, двинулся вперед, а остальные, в том числе и Елена, пошли за ним, как за спасителем. Как отреагировала Елена? Вначале улыбнулась, очевидно, она понимала, что это было сделано отчасти для нее, затем просто молчала, вызывая у Инсарова чувство стыдливости. Невербальные компоненты в данном контексте играют важную роль. «Не сводила глаз с темной фигуры Инсарова», когда ехали домой, прощаясь «пожала в первый раз руку Дмитрию» и, долго не раздеваясь, сидела под окном (с.105). Рукопожатие женщины и мужчины характерно исключительно в деловой сфере. По этикету мужчина должен был поцеловать руку женщины, это знак приличия. Почему произошло иначе? Возможно, Елена считала себя равноправным партнером, сильной девушкой и не хотела другого тактильного прикосновения. Рукопожатие – установление дружеского контакта, хотя мечтала она уже отнюдь не о дружбе…

Психологическое состояние героини помогает понять дневник, который она писала в пятый или шестой раз.

Дневник можно определить как распространенную форму психологического общения, позволяющую познать «историю души человеческой». Часто выступает в качестве формы художественного повествования, позволяющей познать самого себя (самопознание). Девушки хранят на бумаге свои сокровенные мысли и тайны, потому что иногда дневник – лучший собеседник, которому ничего не нужно объяснять. Дневниковые записи Елены, по меткому замечанию исследователя Батюто, состоит из беглых отрывков, которые предваряются многоточием. «Все это подчеркивает вехообразность изображения духовного развития Елены, создает иллюзию кинематографической прерывистости»10. Подобное чередование сцен предусматривает разносторонность изображения, показываются как хорошие, так и плохие стороны.

Елена Стахова не вела регулярные записи, возможно потому, что внешне все дни были похожи друг на друга, ничего не тревожило ее душу, кроме незначительных моментов. Остановимся на наиболее значимых. Анализируя детство героини, мы предполагали ее холодность по отношению к родителям, мы знали о её задумчивости, порывах уйти. Однако сама Елена озвучивает страшные мысли: полетела бы с птицами - куда, не знаю, только далеко отсюда. Образ птицы, мотив полета были замечены многими исследователями, в частности Ю.В. Лебедевым, который отмечал внешнее сходство: «ходит быстро, почти стремительно, немного наклонясь вперед». Устремленность к полету проявляется и в безотчетных поступках героини (проходит тревога - опускаются невзлетевшие крылья), и в роковую минуту, у постели больного Инсарова, Елена видит высоко над водой белую чайку: «Вот если она полетит сюда, - подумала Елена, - это будет хороший знак... Чайка закружилась на месте, сложила крылья - и, как подстреленная, с жалобным криком пала куда-то далеко за темный корабль» (с.203). Таким же окрыленным героем, достойным Елены, оказывается Дмитрий Инсаров – замечает Ю.В. Лебедев [11].

В следующей дневниковой записи героиня признается, что родителей «не любит так, как бы хотелось любить». Вообще некая отстраненность от семьи присуща многим литературным сестрам Елены. Так про Лизу Калитину, героиню романа «Дворянское гнездо», Тургенев пишет: «Вся проникнутая чувством долга, боязнью оскорбить кого бы то ни было, с сердцем добрым и кротким, она любила всех и никого в особенности; она любила одного бога восторженно, робко, нежно» [21, с. 56]. Одна из библейских заповедей гласит: «Почитай отца твоего и матерь твою, как повелел тебе Господь, Бог твой, чтобы продлились дни твои, и чтобы хорошо тебе было на той земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе» [5, с. 79]. Елена религиозна, она верит в Бога, а потому сознает греховность своих помыслов. «Я мало молюсь; надо молиться…». Все мысли героини занимает Дмитрий Никанорыч, у них много общего: «…и он и я, мы оба стихов не любим, оба не знаем толка в художестве», «одни цветы любим» - розы. Её восхищает дело Инсарова, освобождение родины, у него есть цель. А у неё? Героиня задается вопросом: «Где мое гнездо?» Символический смысл гнезда рассматривала в своей статье О.М. Барсукова-Сергеева, выделяя три уровня значений [3, с.11]. Первый и основной уровень – это личное счастье, семейный круг. Понятие гнезда также связывается с жизненными устремлениями героев, поиском прочной основы бытия. Для Елены такой основой представляется любовь к Инсарову и совместное служение общему делу, которым она так восхищается. Но просто тихое счастье вдвоем, семейный круг для нее это слишком узко. «Однако сознательная устремленность героини к общезначимым ценностям не спасает её от катастрофы, к которой Тургенев неминуемо приводит». Елена Стахова всем сердцем стремится к счастью, но, по замечанию О.М. Барсуковой–Сергеевой, здесь и раскрывается перед ней бездна, которую прежде она только инстинктивно чувствовала [3, с.11].

Роковое слово найдено Еленой – влюблена, этим и заканчивается её дневник. Когда девушка влюбляется, начинается томительная мука: ответит ли возлюбленный взаимностью. Автор решает, что герой должен внезапно по личным причинам переехать в Москву, не решаясь самому сказать о своем намерении героини, а значит, лишает возможности выяснить отношения. Посредником в любовной истории Инсарова и Елены становится не менее равнодушный влюбленный Берсенев. Он сообщил обо всем героини, и был первым свидетелем эмоционального потрясения. Это легко заметить по невербальным компонентам, жестам. Девушки, испытывая чувство стыда и смущения, внезапно заливаются краской. Так и Елена Николаевна, уязвленная, желая спрятать румянец, низко наклонила голову и крепко стиснула руку собеседника. Жест «стиснуть руку» можно характеризовать как скрытое выражение агрессии, раздражение. Это вполне понятно: герой «решается сбежать», автор не лукавит на этот счет. Затем, не выдержав всплеска эмоций, девушка заплакала и выбежала. Слезы радости или отчаяния? Любить и быть любимой, казалось бы, счастье, но каково осознать, что вместо признания и ухаживаний герой предпочитает скрыться и забыть. Сейчас или никогда. Елена выбирает первое. Когда она видит Инсарова у себя в доме, то торопливо сообщает, что желает видеть его завтра в 11 часов, чтобы сказать два слова. Получается, героиня делает первый шаг сама, очевидно, желая признаться в своих чувствах. Здесь представляется важным обратить внимание на ряд обстоятельств. Ж. Липовецкий в своей книге «Третья женщина», замечает, что женская инициатива, отнюдь не является нормой поведения. Это скорее отчаяние, к которому прибегают, если мужчина слишком равнодушный или робкий [12, с.301]. Инсаров скорее и первое и второе. За подобной эмансипацией неотъемлемо следует сдача позиций мужчиной. Действительно, многие критики русской литературы признают в тургеневских героях слабого человека, а девушках– наоборот. Н.Г. Чернышевский в статье «Русский человек на rendez-vous» отмечал общую особенность «тургеневских юношей» – «дрянное бессилие характера» [24]. Елена – сильная натура, которая готова бороться за свое счастье. Елена, выскользнув из дома, принимает решение идти в квартиру Берсенева, где останавливался Инсаров. «Она ничего не боялась, она ничего не соображала» (с.124). Теряя бдительность, порой совершаешь опрометчивые поступки. Елена не слышала себя… Она согласилась идти за ним повсюду, зная, что Инсаров почти нищий, что придется покинуть Россию, подвергаться опасностям и лишениям, унижению, может быть! Это жертва, это беспамятство. Любовь ослепляет, но звучат главные слова из уст Инсарова: «моя жена перед людьми и перед Богом» (с.130). Герои объясняются в чувствах, Дмитрий уезжает, но условились писать друг другу и ждать приезда.

Судьба дает последний шанс героини придти в чувства, передумать, предлагая знакомство с Курнатовским. Но нет, «я не живу без тебя, я беспрестанно тебя вижу, слышу». Шли дни, недели, Инсаров перечитывал письма из Болгарии, не волнуясь за Елену. Долг выше чувств. Стаховы решают навестить кузину в Москве, безусловно, героиня ищет встречи с возлюбленным, заметим, не ОН, а ОНА. Однажды девушка решается прийти в комнату, где проживает Инсаров. Теперь Елена жена, хозяйка и пытается справиться с новой ролью, но случая не предоставляется. Дмитрий по-прежнему возвращает её домой под предлогом подготовки к отъезду в Болгарию. Это не настораживает героиню, она радуется, как ребенок. Ей хочется верить, что господин Курнатовский вызывает ревность у её избранника, сама, без ложной скромности, признается о возможном предложении руки и сердца. И что она делает? «Я сделаю ему вот что. – Она приставила большой палец левой руки к кончику носа и поиграла остальными пальцами на воздухе» (с.143). Поистине ребячество, которое не ожидали читатели от серьезной, задумчиво – строгой Елены. Любовь толкает её на необдуманные поступки, окрыляет, дает возможность чувствовать себя женщиной.

По этому поводу в литературных кругах разразился спор, который начал своей статьей Дараган. Он обвинял героиню «за безрассудное путешествие на квартиру молодого человека», несообразное, по его мнению, с «приличиями нравственного такта, женскою стыдливостью, женскою робостью» [23, с.457]. Критиковался в дальнейшем и выбор возлюбленного Елены. Полемика развернулась на страницах газеты «Наше время». Скандальную известность получила статья Н.П. Грот «Еленa Николаевнa Стаховa», подписанная псевдонимом «Русская женщинa». Высказав мысль, что Еленa «кaк нельзя лучше воплощает в себе элемент разрушения», и осуждая «не женскую храбрость и стремительность Елены», отважившейся на «эгоистический и легкомысленный поступок тайного брака», Н. П. Грот противопоcтaвлялa ей типы женщин, которые в тиши и безвестности отмечaют свое cуществовaние высокими хриcтианскими добродетелями [23, с.451]. Пиcательница Евгения Тур (графиня Е. В. Салиас де Турнемир), aнaлизировaвшaя обрaз Елены с точки зрения идей женской эмaнсипaции, зaщищaлa право тургеневской героини на cамостоятельный выбор жизненного пути и писала: «Можно ли кинуть камень в Елену за то, что она , полюбив некраcивого, бедного и неуклюжего Инсарова, пошла за ним на край cвета», cознавая, что жизнь его принадлежит безраздельно освобождению отечества, а потом уже ей? В этом сознании уже зaключается отречение от cебя, cовершенное отcутствие эгоистического чувства...» [23, с.452].

«Сознание счастливой любви придавало оживление её чертам, лёгкость и прелесть всем её движениям. Она шутила, болтала». Её никто не учил флиртовать, это происходит интуитивно: игра взглядом («Елена показала Инсарову глазами на дверь, как бы отпуская его домой»), жестами («с расстановкой два раза коснулась пальцем стола», назначив таким образом свидание через 2 дня) (с.153).

В тот момент Елена Стахова уже стояла на самом краю бездны, в которую со стремительной скоростью падает после извещения о болезни Инсарова.

Краски повествования сгущаются, и ожидание чего-то светлого уже исчезает. Всем, кроме героини, становится ясно, что Дмитрия не спасти, он умрет - это вопрос недолгого времени. Духовный мир героини, до этого наполненный теплом и любовью, окаменел. По замечанию автора, Елена казалась покойной, ничего не могла есть, не спала по ночам. Тупая боль стояла во всех ее членах; какой-то сухой, горячий дым наполнял ее голову. Горничная говорила, что барышня как свечка тает. Это сравнение весьма интересно, особенно, если вспомнить название произведения «Накануне». В православном храме есть место, именуемое «канунник», или «канун» - это низенький четырехугольный столик, на котором стоит изображение распятия и расположены ячейки для поминальных свечей. Именно перед этим канунником и совершаются панихиды, различные заупокойные богослужения. По-другому его еще называют жертвенником. Перед распятием на кануне ставят поминальные свечи по душам усопших… Героев романа можно сравнить с этими свечами, которые в финале превращаются в потухшие факелы: «Как ты похудел, мой бедный Дмитрий», «Как ты похудела, моя бедная Елена» (с. 166). А. Кретова развивала мысль о том, что еще задолго до трагической развязки, начинают петь похоронные причитания и плачи, как перед кануном в храме [10, с.8]: «Мать причитала над ней, как над жертвою. Боже мой, болгар умирающий, скелет – и она его жена, она его любит» (с.187). Природа чувствует гибель, когда героиня готовится к отъезду, в один ненастный вечер завывал ветер. Поведение дочери оскорбляет Стаховых, пусть они были не самые лучшие родители, но Елена их единственная дочь, а они уже не молоды. К тому же, надо признать, что они беспомощны перед лицом происходящего. Дочь всегда была странной и самостоятельной, теперь, когда выбор сделан, и она стала женой, то остается только верить в лучшее и готовиться к худшему. Анна Васильевна, как ни противилась, но позорить свою Леночку она не позволит никому. Она приняла выбор своей дочери, раскрыла свои объятия для двоих. Прощание было очень тяжелым. Обморок матери, её бесконечные слезы, отец, не желающий видеть дочь, – ничто не могло остановить Елену Стахову. Родители оказались намного благосклоннее и сердечнее. Николай Артемьевич в последние минуты отъезда привез родительское благословение: маленький образок, зашитый в бархатную сумочку. Отец не мог сдержать слез. Нет ничего более тяжкого и весомого, чем мужские слезы. Это боль, которую невозможно сдержать. В.М. Маркович снимает все возможные упреки с Елены Стаховой и придает ей «несокрушимое достоинство» [13, с.124]. Исследователи, напротив, в подобном отношении к родителям усмотрели беспощадный максимализм, который, по мнению Г. Рабель, не подлежит оправданию безоглядным служением идеалу [18, с.211].

Со дня отъезда черты лица Елены не очень изменились, зато выражение их стало другое: «оно было обдуманнее и строже, и глаза глядели смелее». Приходилось проживать каждую минуту как последнюю, потому что Дмитрий в Вене около двух месяцев пролежал больной, прежде чем с женой приехал в Венецию. Описание отделявшей полосы морского песка, называемой Лидо, от самой Венеции настораживает. Можно сказать, что они сознательно шли по краю смерти. Дорожка, по которой необходимо пройти была усажена «чахоточными деревцами», умирающими каждый год. Ассоциативно проводится параллель с болезнью, беспрестанным коротким кашлем Инсарова… Елена заметила: «Какое унылое место!», очень холодно… Потом им стало весело, как детям, посетили набережную, небольшой музей, пообедали в гостинице, наконец, посетили театр. Театр – место, где можно со стороны посмотреть на происходящее, прочувствовать действительность. Игра Виолетты из оперы Верди подействовала на них обоих, заставила задуматься. Внимательный читатель мог заметить сходство актрисы с самой героиней. Виолетте не хлопают, она не бьёт на эффект, «ей как будто самой не до шутки, она не замечает публики» (с.199). Елене, должно быть, тоже не до шуток, хотя она и пытается быть веселой, не замечая очевидного. Без сожаления произносит Инсаров приговор: «Смертью пахнет!». В. Топоров в книге «Странный Тургенев» отмечал, что любовь и смерть имеют один корень, «они связаны антиномически»: любовь есть жизнь, вечная весна, бессмертное чувство, которое включено в ограниченные временные рамки [69, с.58]. Сам И.С. Тургенев повсюду чувствовал запах смерти: «иногда в комнате стоит еле уловимый запах мускуса, и его невозможно изгнать. Объяснение заключается в невозможности любить. Теперь я не способен на это, по сотне причин. И – это смерть» [19, с.64].

Накануне смертельного исхода Дмитрия героиня видит сон. Сон Елены мотивируется напряженным состоянием, это воспаленное подсознание, в котором реальность и вымысел переплетаются. Попробуем дать толкование некоторым образам. Одним из главных символов смерти, «разыгрываемых» Тургеневым, по наблюдениям исследователя Топорова, является море (морская тема) [19, с.125–165]. Посмотрим: «Пруд ширится, берега пропадают – уж это не пруд, а беспокойное море» (с.207). Пруд в соннике Хассе - символ спокойной жизни, в современном соннике – символизирует положительную динамику дел, возможность держать ситуацию под контролем [16]. Разве не так было до встречи с Инсаровым в Москве? Размеренная жизнь, без особых потрясений, Елена была хозяйкой положения. Затем «беспокойное море». Сны про море символизируют несбывшиеся надежды и стремления. Эзотерический сонник трактует море как олицетворение жизни, в зависимости от того, где находится человек, там и есть его место в жизни [16]. Елена находится на поверхности, но положение её неустойчивое, что-то уже поднимается со дна и готово перевернуть её. Штормящее море свидетельствует о предстоящих бедствиях, о которых даже не подозреваешь. Кто бы мог подумать, что влюбленных, обретших смысл жизни, свою любовь, разлучит смерть? Все становится белым. Кругом бесконечный снег. По соннику Миллера, увидеть в сновидении снег – это означает, что настоящие беды чей-то удел, но не ваш [16]. Война за освобождение Болгарии – это дело жизни Дмитрия, он не должен был вовлекать в это Елену, предчувствуя, что не сможет позаботиться о ней должным образом. Он рискнул её жизнью, которая ради любимого готова на все – это можно понять, но мужчина, железный человек, мыслящий рационально, зачем он пошел на это… Сон продолжается, рядом с ней сидит маленькое существо. Это девочка, ребенок, но не живой, состоящий из плоти и крови, а мертвый. Катя, бедная подружка. Грань между реальным и ирреальным стирается. По соннику Лоффа, сновидения, где к покойникам имеют непосредственное отношение какие-то конкретные события и действия, принадлежат к категории разрешающих снов [16]. Явление умершего в этом случае — главное событие разворачивающегося сценария. Инсаров заключен в тесных кельях монастыря, а перед Еленой «разверзается пропасть», из которой слышится голос зовущей её Кати, голос самой смерти.

Не успевает героиня оправиться ото сна, как слышит голос наяву умирающего мужа. Безжизненное лицо героини, которая потеряла все: семью, родину, мужа, надежду на счастье, которая так и не смогла реализоваться как женщина-мать… У нее между бровями появились две морщинки… Молодая девушка, которой было двадцать с небольшим лет… Молиться она не могла, по замечанию автора, она окаменела. Винить и упрекать Бога? Разве это что-нибудь изменит?

Последнее известие родным – письмо. В нем героиня признается, что приведена на край бездны и должна упасть, в Россию возвращаться не видит смысла. Ей осталась одна дорога - закончить то, что начал её муж. Кто-то, спустя пять лет, видел девушку всю в черном, при войске. Как бы то ни было, след её исчез навсегда…

Читателю остается только догадываться, что с героиней сталось… Многие исследователи и критики усматривают в подобной судьбе Елены – судьбу России, связывают с ней будущее. Так, Добролюбов считает, что в Елене Стаховой «сказалась та смутная тоска по чем-то, та почти бессознательная, но неотразимая потребность новой жизни, новых людей, которая охватывает теперь все русское общество, и даже не одно только так называемое образованное. В ней так ярко отразились лучшие стремления нашей современной жизни, а в ее окружающих так рельефно выступает вся несостоятельность обычного порядка жизни» [8].

Для нас же – это еще одна погубленная И.С. Тургеневым женская душа, которая искала счастье и, не успев найти, потеряла, душа, которая так и осталась летать по краю бездны…

Список используемой литературы:

  1. Баженова И.С. Экспрессия эмоций в контексте гендерных исследований // Разноуровневые характеристики лексических единиц: сб. научн. ст. Смоленск: СГПУ, 2001. С.99–104.

  2. Бальмонт К. Памяти И.С. Тургенева/ Избранное. Стихотворения, переводы, статьи. М.: Художественная литература, 1980. 194с.

  3. Барсукова – Сергеева О.М. Символика гнезда и бездны в романах Тургенева // Русская речь. 2004. №1. С.11–12.

  4. Батюто А. И. Тургенев – романист. Л.: Наука, 1972. 389с.

  5. Библия книги священного писания ветхого и нового завета. Вторая книга Моисеева. Исход. Глава 20. М.: Протестант, 1991. 1198с.

  6. Гинзбург Л.Я. О психологической прозе. Человеческий документ и построение характера. Глава 1. Цит. по: URL: http://19v –euro –lit.niv.ru/19v –euro –lit/ginzburg –o –psihologicheskoj –proze/glava –1 –1.htm (дата обращения 3.04.2017)

  7. Горький М. и Чехов А. Переписка. Статьи. Высказывания. М.: Гослитиздат, 1951. 385с.

  8. Добролюбов Н.А. Когда же придет настоящий день? Цит.по: URL: http://www.azlib.ru/d/dobroljubow_n_a/text_0190.shtml  (дата обращения 5.04.2017.).

  9. Зимовец С. Тургеневская девушка: генеалогия аффекта: [Опыт инвективного психоанализа] //Логос. 1999. №2. С.43–49.

  10. Кретова А. Жертва правды, возношение и всесожжение в романе И.С.Тургенева «Накануне» // Приложение к газете «Первое сентября». 1998. №31. С.7–8.

  11. Лебедев Ю.В. Тургенев. М.: Молодая гвардия. 1990. Цит. по: URL: http://az.lib.ru/t/turgenew_i_s/text_0380.shtml (дата обращения 1.04.2017).

  12. Липовецкий Ж. Третья женщина: Незыблемость и потрясение основ женственности. Спб.: Алетейя, 2003. 512с.

  13. Маркович В.М. Человек в романах И.С. Тургенева. Л: ЛГУ, 1975. 205с.

  14. Петров С.М. И.С. Тургенев. Творческий путь. М.: Художественная литература, 1979. 364с.

  15. Писарев Д.И. Женские типы в романах и повестях Писемского, Тургенева и Гончарова. Цит. по: URL: http://az.lib.ru/p/pisarew_d/

text_0080.shtml (дата обращения 5.04.2017.).

  1. Полное собрание сонников. Цит. по: URL: http://www.sonnik-online.net/ (дата обращения 1.04.2017)

  2. Пустовойт П.Г. И.С. Тургенев – художник слова. М.: МГУ, 1980. 303с.

  3. Рабель Г. Чеховские вариации на тему «тургеневской девушки» // Русская литература. 2012. №2. С.144–170

  4. Топоров В. Н. Странный Тургенев. М.: РГГУ, 1998. 190с.

  5. Тургенев И.С. Ася: повесть. Барнаул: Алтайское книжное изд-во, 1973. 56с.

  6. Тургенев И.С. Дворянское гнездо. М: Гослитиздат, 1963. 176с.

  7. Тургенев И.С. Накануне. М.: Литература, 2002. 214с.

  8. Тургенев И.С. Полное собрание сочинений и писем в 30 т. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Наука, 1981. Т. 6. С. 430–477.

  9. Чернышевский Н.Г. Русский человек на rendez-vous. Цит. по: URL: http://az.lib.ru/c/chernyshewskij_n_g/text_0260.shtml (дата обращения 4.04.2017.).

  10. Шварц Т. Читаем лица. Физиогномика. Спб: Питер, 2010. 160с.

  11. Эльконин Д. Б. Детская психология: учеб. пособие для студентов высш. учеб. заведений. М.: Академия, 2007. 384с.

  12. Эриксон Э. Детство и общество. Спб: Ленато, 1996. 592с.

2 Горький М. и Чехов А. Переписка. Статьи. Высказывания. М.: Гослитиздат, 1951. 161с.

3 Пустовойт П.Г. И.С. Тургенев – художник слова. М.: МГУ, 1980. 168с.

4 Зимовец С. Тургеневская девушка: генеалогия аффекта: [Опыт инвективного психоанализа] //Логос. 1999. №2. 44с.

5 Рабель Г.М.Чеховские вариации на тему «тургеневской девушки» // Русская литература. 2012. №2. С.144–170

6 Тургенев И.С. Отцы и дети. М.: Советская Россия. 1976. с.67. Далее ссылки на произведение даются по этому изданию.

7Рабель Г. Искушение русского романа «Накануне» в свете добролюбовской интерпретации // Вопросы литературы. 2006. №2. 216с.

8 Эриксон Э. Детство и общество. Спб: Ленато, 1996. 201с.

9 Шварц Т. Читаем лица. Физиогномика. Спб: Питер, 2010. 94с.

10 Батюто А. И. Тургенев – романист. Л.: Наука, 1972. 207с.

infourok.ru

Образ тургеневской девушки | Литерагуру

Иван Сергеевич Тургенев – классик русской литературы. Его часто называют мастером скрытого психологического анализа, поэтому неудивительно, что герои его пронзительных историй имеют такие сложные характеры, а их внутренние миры такие разные, но одинаково умеют они приворожить читателей всех поколений. Особого внимания заслуживает тургеневская барышня. Кто же она?

Практически в каждом произведении мы можем встретить скромную, как правило, крестьянского происхождения девушку. В изображении Тургенева она всегда замкнута, тиха, нежна и по-детски сентиментальна. Тот тип, который не потерял еще связь с природой, чем-то искренним, естественным. Однако уже прослеживается в их судьбах знакомство с миром разочарований. Такие люди априори не могут быть хитрыми и подлыми красавицами. Единственное, что спасает тургеневских барышень от погибели, — богатый внутренний мир. Автор неоднократно делает акцент на том, что совсем не важно, кто ты снаружи, главное, кто ты внутри. Барышни в представлении Тургенева — все-таки очень сильные женщины. Сильные духом, верой, непоколебимые в своих решениях и, что самое главное, готовые идти до последнего. В этом видит автор превосходство русской женщины над другими типажами женских характеров. Наши соотечественницы изначально стояли особняком, не подпуская к своему олимпу чести ни кокетливых француженок, ни страстных испанок, ни покорных гейш. Только русская женщина может сочетать в себе эти качества и одновременно опровергать их своей непредсказуемостью.

Кто же она, тургеневская барышня? Где можно встретить ее? Ответы на эти вопросы следует искать в истоках. Три совершенно разные на первый взгляд героини – Ася из одноименной повести, Елена из романа «Накануне» и Наталья из книги «Рудин» — и есть самые известные тургеневские девушки. Трактовать их можно и как полных антиподов друг друга, и как прототипов. Почему? Даже если вы незнакомы с образами этих героинь на должном уровне, то есть не прочитали их истории от первой буквы и до последней точки, можно с уверенностью сказать: в них столько же общего, сколько и разного. Например, одинаково соотношение нежности к бушующему упрямству и в равных количествах прослеживается девичья наивность и острота женского ума. Странная, наивная, прозорливая, ловкая, смелая, застенчивая, нежная, заботливая, настоящая и искренняя – вот какая она, непонятая никем, тургеневская барышня.

Автор: Екатерина Вострикова

Интересно? Сохрани у себя на стенке!

literaguru.ru


Смотрите также




© 2012 - 2020 "Познавательный портал yznai-ka.ru!". Содержание, карта сайта.