Домой Регистрация
Приветствуем вас, Гость



Форма входа

Население


Вступайте в нашу группу Вконтакте! :)




ПОИСК


Опросник
Используете ли вы афоризмы и цитаты в своей речи?
Проголосовало 514 человек


Сребролюбие что это такое


Сребролюбие

См. раздел: СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ

Сребролю́бие – третья из восьми главных страстей, состоящая в ненасытном увеличении материальных благ. Противоположной сребролюбию добродетелью является нестяжание.

Сребролюбие – нарушение второй заповеди, идолопоклонство, поклонение «золотому тельцу»: «Нельзя служить Богу и маммоне» (Мф.6:24), то есть богатству. Основные виды сребролюбия: жадность (страсть к обладанию) и скупость (страсть к сохранению). Жадность хочет захватить чужое, скупость боится отдать свое.  Сребролюбие паразитирует на неуверенности в будущем (потребности в безопасности) и гордости (потребности быть признанным, уважаемым).

Преподобный Иоанн Лествичник называет эту страсть «тмоглавым бесом сребролюбия». Существует множество разновидностей этого недуга: жадность, скупость, любостяжание, мшелоимство, лихоимство, скверноприбытчество, корыстолюбие… Во всех проявлениях страсти сребролюбия есть один общий мотив – любовь к самому процессу приобретения и обладания.

Если гордость оценивается святыми отцами как корень всех зол, то почему апостол Павел назвал корнем всех зол сребролюбие?

В Первом послании к Тимофею апостол Павел и действительно назвал корнем всех зол сребролюбие (1Тим.6:10).

Однако это свидетельство не идёт вразрез с оценкой отцов и учителей Церкви. Выражаясь иначе, между ними нет принципиальных противоречий. Объяснить эту кажущуюся разницу можно при помощи следующих доводов.

Определение гордости как первопричины (или, что то же, корня) всякого зла строится на том основании, что изобретателем зла вообще и его главным сеятелем в нынешнем мире является диавол.

Как известно, диавол пал отнюдь не из-за сребролюбия. В самом деле, о каком сребролюбии могла идти речь в невещественном ангельском мире, совершенно чуждом товарно-денежных отношений?

По свидетельству Божественного Откровения, диавол пал, возгордившись своими совершенствами, из-за гордости (Ис.14:12-14). Как святые отцы, так и апостол Павел говорят об этом со всей убежденностью (1Тим.3:6). Следовательно, в вопросе о первоисточнике зла, апостол и вселенские отцы были единодушны.

Если даже вынести факт падения сатаны за скобки и определить, в чём состояла внутренняя причина грехопадения самого человека, окажется, что и в этой редакции не сребролюбие нужно называть причиной и корнем всех зол.

Известно, что по создании человека ему была предоставлена во владение вся земля, причём предоставлена как Божественный дар (Быт.1:28).

То есть все те блага, которые в нынешнем веке имеют денежный эквивалент, все те блага, стремясь заполучить которые, современные грешники предаются обогащению, Бог предоставил Адаму и Еве бесплатно.

Тем не менее они всё же пошли против Бога, склонились ко злу. Что же послужило толчком? Горделивое расположение сердца (а не сребролюбие), желание стать как Бог (Быт.3:5).

Принимая в соображение слова апостола Павла, необходимо обратить внимание на контекст его речи.

В интересующем нас наставлении он говорит о желающих обогащаться. Здесь же он сообщает, к чему приводит эта греховная страсть: сребролюбцы запутываются в сетях искушений, впадают во многие вредные и безрассудные похоти; через это они погружаются в бедствия и пагубу (1Тим.6:9).

Из слов апостола явствует убедительно, что сребролюбие служит корнем множества зол. Но почему же тогда он не сказал прямо «множества», но сказал «всех» (зол)?

С одной стороны это можно назвать риторическим преувеличением, использованным им для усиления мысли, гиперболой (примеры подобного рода преувеличений встречаются в Писании неоднократно).

С другой стороны сребролюбие можно считать одной из форм проявления гордости (ведь не является же сребролюбие характерной чертой смиренномудрого человека).

Это значит, что хотя не каждый гордец — сребролюбец, тем не менее каждый сребролюбец — гордец. Соответственно сказанному, каждый сребролюбец бывает искушаем как прочие гордецы. До тех пор, пока он подвержен сребролюбию (как одной из особенностей проявления гордости) — он подвержен и самой гордости.

В этом ключе речение апостола Павла подразумевает следующий комментарий: не сребролюбие как таковое, а гордость, обнаруживаемая (в том числе и) через сребролюбие, есть корень всех зол.

См. ДЕНЬГИ

Page 2

• алфавитный указатель •

Святые – «гении религиозности». О. Сергий Булгаков.

Как о смысле музыки мы судим не по ресторанным шлягерам, а по Моцарту и Баху, как о сути живописи мы составляем представление не только на основе комиксов – так и о духовном подвиге надо судить не только по знакомой прихожанке.диакон Андрей

В христианском опыте открывается, что смерть не есть антоним жизни, смерть есть часть жизни.У христианина есть три дня рождения: физическое, духовное (в крещении) и день смерти. Неслучайно дни памяти святых – это дни их смерти.

Page 3

Воскресе́нье – еженедельный праздничный день (малая Пасха), которым начинается богослужебная седмица. Назван так в память воскресения из мертвых Господа Иисуса Христа.

В церковно-богослужебных книгах называется еще неделей, т.к. в этот день не положено заниматься житейскими делами (не-деля), но следует посвящать его молитве, чтению духовной литературы и делам милосердия.

Воскресный день не отменяет и не заменяет празднование субботы.

Сребролюбие

Сребролюбие – это черта личности, проявляемая действиями, как стремление удовлетворить желание прибыли, считается греховной страстью, представленная в православии, приводящая к усилению всех других, затмеванию разума и исчезновению веры. Но имеет сребролюбие значение и в обыденной жизни без ракурса религиозности и часто заменяется более современными аналогами, отражающими одну из сторон данного личностного качества. Так это может быть жадность в том, чтобы поделиться своими материальными благами или скупость при расплате за что-то, алчность и постоянное стремление экономить. Это страх потерять собственные накопления или вещи, но не стандартная осторожность, присущая всем людям, а чрезмерное переживание за вещи в большей степени, чем за духовное предназначение, отношения, самореализацию и самоощущение.

Всё это является только различными формами стремления к получению всё большей выгоды, при этом как качество человека сребролюбие всегда выступает исключительно отрицательно. Для окружающих это может быть чревато собственными убытками или невозможностью вести дела с таким человеком. Для самой личности стремление к непрерывному насыщению чувства голода материальными благами приводит к развитию чувства патологической зависти, сравнению себя с другими через материальные достижения, а не личностные характеристики и вечное ощущение неуемности жажды, поскольку невозможно получить все, что существует на материально-финансовом уровне.

Основой проявления в личности сребролюбия всегда выступает большое самомнение и себялюбие, а любовь к деньгам является только способом исполнения всевозможных желаний эго. Тем не менее, большинство религий считают, что корень всех зол сребролюбие, поскольку заставляет забывать о спасении души и развитии человеческих, гуманных качеств.

Что это такое

В контексте изначальном о сребролюбии говорится всё меньше, само понятие своим происхождением и употреблением обязано религиозным постулатам, а в социальных вопросах актуализируется ориентация на материальную сторону, где выгодно затмевать греховные процессы переименованием. Психологическое обоснование стремления к восполнению материального является вполне естественным и во многих психологических концепциях является основой формирования других личностных структур. Пирамида потребностей и теория базового чувства безопасности говорят о том, что только после того, как закрыты проблемы материального уровня, человек способен что-либо продуцировать или изменять на психологическом, в противном случае включается программа выживания, являющаяся базовой.

Негативное восприятие стремления к постоянному обогащению объясняется не самим желанием обладать, а тем, когда насытив базовый необходимый уровень, человек не ищет путей развития собственной личности и души, зацикливаясь на накоплении материального. Данный процесс бесконечен и в нём отсутствует момент достижения как таковой, где достижение будет явным, поскольку новые желания возникают по мере приобретения вещей, а индустрия продаж каждый день предлагает всё новые способы вложения денег.

Стоит отметить, что сребролюбие, как черта личности появляется не в связи с объективными данными количества денег, т.е. не зависит от реальной стороны благосостоятельности. Это внутренняя потребность иметь, жадность к накопленному, невозможность поделиться или расстаться с деньгами. Такое может проявляться и как среди богачей, для которых является невозможным подать несколько копеек нищенствующему, так и среди живущих бедно, но кто видит свое счастье только в деньгах или новых приобретениях.

Многие пытаются оправдывать свою зацикленность на деньгах, наличием благородных побуждений и объяснять свои действия заботой о других, когда только прикрывают своё внутреннее сребролюбие. Так поступают те, кто прячет общественные взносы, оплачиваемые всеми сотрудниками, мотивируя тем, что необходимо кормить семью или так требуют бесплатный проезд те, кто прикрывается детьми. Не имея на самом деле льгот. Вариантов получить выгоду или просто не потратить своё имеет много предпосылок и оправданий для этого также существует не мало.

Исключительно в церкви разводятся понятия искренней помощи и притворной благодетельности, когда нынешний социум с целью развития экономики и индивидуального развития и обогащения каждого только всё больше запутывает понятия, возводя богатство в культ и даже критерий измерения статусности человека, как личности.

Чем больше утрачивается ценность человеческой личности, проявления её свободы и уникальности как таковой, тем меньше проявленность индивидуальности и вообще стремления к познанию себя, тем больше становится проявления себя через внешнее. Сейчас у человека довольно мало есть представлений о собственной душе и том, чем она наполнена, никто не практикует духовные аскезы, практики, не занимается самопознанием, даже самосовершенствование становится чем-то сверхнормальным, этому учат и к этому мотивируют. В таком обществе нет возможности предъявлять себя через внешнее, а значит, самовыражением служит только материальное, а любовь к нему появляется как замещение истинной любви к себе.

Сребролюбие в православии

Грех сребролюбия в православии причисляется к наиболее тяжким преступлениям веры, поскольку напрямую нарушает вторую церковную заповедь о не поклонении богатству. Тяга к ненасытному увеличению материальных благ трактуется, как служение идолам или то, что человеком управляет бес, злая сущность и уводит его душу дальше от праведного пути. Противоположной чертой, поощряемой в религиозном контексте, является добродетель, когда человек способен отдать последнее или поделиться малым имеющимся с тем, кто нуждается.

Многие тексты говорят о сребролюбие как черте, позволяющей стремиться к обогащению, являются отдельными богами, все больше захватывающими власть в мире. Церковные тексты, предостерегающие о невозможности служения и богу и деньгам, ставят сребролюбие как идолопоклонничество, а эгрегор денег возводят на один уровень с единым божеством. Это показывает насколько сильное влияние стремление к накоплению или жадность в расставании оказывает на человеческую душу, что впоследствии влияет на выбор пути и развитие всей жизненной дороги.

Разбирая сребролюбие, что это за грех, его действие на человека можно опираться на слова святых, называвших именно его основополагающим всего злого на земле. Так ещё первые люди решили обладать яблоком, Люцифер, будучи ангелом, решил обладать свободой и все прочие притчи из Библии внушают понимание, что стремление к лишнему в мирском понимании приводит к исчезновению духовной жизни, приводит к наказанию в контексте веры. Не считая важным потратить время на молитву люди способны тратить больше часов на работу, не стремясь помочь нуждающимся, ищут новые способы афёры и нелегального заработка, даже идя в гости, могут просчитывать собственную выгоду. Нет запрета на богатую и даже роскошную жизнь, порицается только, то поведение, когда деньги ставятся во главу угла и составляют конкуренцию богу, нарушая главную заповедь.

Наиболее распространёнными причинами, приводящими к возникновению сребролюбия даже среди глубоко верующих христиан, являются вполне объяснимые социально и психологически процессы. Среди главных – неуверенность, отсутствие стабильности и возможности обеспечить себе страховку на непредвиденный случай. Это сильно перекликается с отсутствием базовой безопасности, нарушенной психологическими травмами в детстве или недостаточной верой в спасение через бога в настоящем.

Излишнее стремление к деньгам является действенным выражением недоверия богу и его силе, как спасающей от любых неприятностей. Особенно опасно проявление сребролюбия среди людей, призванных по своей профессиональной направленности помогать людям, развивать и настраивать их на путь духовный. Так появляются врачи, назначающие ненужные анализы и операции, заставляющие покупать препараты, дороже необходимых аналогов, так учителя ставят хорошие оценки, руководствуясь личной выгодой, не задумываясь о последствиях деятельности того человека и многие другие специалисты.

Как избавиться от сребролюбия

Тем, кто замечает за собой всё большее погружение в заботы о материальном, стоит найти основные моменты, помогающие вернуться на путь духовный и отречься от сребролюбия. Первым моментом, помогающим справиться с таким наваждением, является вера. Для находящихся в любой религиозной традиции – это непосредственная вера в бога и его помощь, в то, что все испытания даются для чего-то и только всевышний в итоге знает, какой дорогой лучше всего пойти человеку.

Думать только о настоящем, без попыток предотвратить бедность или неприятности в будущем и, не пытаясь запастить впрок – духовная практика, обозначенная как в религиозных текстах, так и в психологических теориях. Тем, кто является атеистом, рекомендуется вспомнить события своей жизни, когда было тяжело или куски биографии других людей, преодолевших неприятности и бедность.

Неуверенность в завтрашнем дне может рождать невротическое стремление к жадности, накопительству и попыткам все посчитать – чем больше спокойствия и предсказуемости будет привнесено в жизнь, чем крепче станут внутренние опоры, тем меньше задач будет возлагаться на материальное спасение. Человек, который понимает, на что способен и что он выкрутится из любой ситуации, меньше трясётся и возводит в культ материальное, зная, что истинное сокровище представляют люди, способные помочь в нужный момент.

Мысль о конечности жизни и том, что смерть может наступить критически близко, также позволяет переоценить свои действия и стремления. Для верующих – это необходимость отвечать на страшном суде, где их будут судить как грешников за нарушение второй заповеди. Такой вариант держит в постоянном страхе и уберегает от сребролюбия, но существует и более лояльная форма, без запугивания. Когда каждый раз понимать, что жизнь может оборваться, что количество минут отмеренных нам временем довольно мало, начинают проступать истинные ценности, такие как объятия любимого человека, созерцание заката или передачи своих ценных знаний дальнейшим поколениям. Именно близость смерти и конечность отрезвляет и позволяет понять, что только материальное не заберешь с собой и не оставишь в виде памяти о себе, т.к. остаются в основном рассказы, легенды, повести, берущие своё начало из реальной человеческой жизни.

Раздавать милостыню и совершать прочие благодетели, пусть и через силу волевое намерение поначалу в итоге приводит к уменьшению сребролюбия. Сначала пропадает жалость к потраченному, а потом появляется радость от принесённого добра в обмен на мнимые радости денег. Это может стать новой страстью – раздавать всё, что было заработано ради того, чтобы увидеть радость других, греющую больше чем собственная. Можно попутно наложить на себя аскезу – зарабатывать только для поддержания жизни и обеспечения жилья, а всё, что сверх или раздавать или прекращать работать, освобождая это время для духовных практик, общения с семьей, заботы об окружающем мире.

Сребролюбие: грех, прививающий человеку страсть к деньгам и богатству и, вытекающие из этого, скупость, жадность и другие пороки сребролюбца

Предназначение человека — развивать все те добродетели, которые заложены в душу его Творцом. Но как же непроста эта задача. Ведь природа наша повреждена и склонность ко злу обнаруживается с самого раннего детства. Грехи превращаются со временем в страсти, которые очень трудно искоренить. И рабства злу в таком случае не избежать. Один из таких грехов — сребролюбие, что это за грех, как распознать его в себе и вести с ним борьбу, узнаем из дальнейшей статьи.

Что такое сребролюбие

Добродетель нестяжательства вложена в нас Творцом изначально. Когда Адам и Ева жили в раю, все было устроено Богом так, что они ни в чем не нуждались. Там имелось все, необходимое им для жизни. После изгнания из рая естественная для нас добродетель нестяжательства трансформировалась в противоположное нравственное качество — страсть к деньгам как источнику всех земных благ.

Под сребролюбием подразумевается все имущество человека. И, соответственно, и деньги, и недвижимость, и даже лишняя рубашка, — все может стать предметом страсти.

В природе у животных также встречаются факты накопительства. Но они определяются не безумным стяжательством или страстным порабощением, а вызваны жизненной необходимостью, имеют приспособительный характер.

А вот человек, одержимый духом собирательства, ищет не только необходимого для жизни, но и старается иметь сверх того. И тогда, как яркие образцы скупости, скряжничества, других проявлений сребролюбия, рождаются персонажи типа знаменитых гоголевских героев. Кто не помнит Плюшкина из «Мертвых душ», ставшего одним из самых узнаваемых примеров этой страсти.

Происхождение слова

В Новом завете Бог предостерегает верующих людей, чтобы они усердно стремились к Нему и отвращались от любви к мамоне (богатству): «Не можете служить двум Господам…». Почему же греховная привязанность к материальным благам называется не «златолюбием» или как-то иначе, а именно сребролюбием?

Здесь прослеживается связь опять же с событиями Евангельской истории. Бог не просто вразумлял христиан о пагубности этой страсти. На страницах Нового Завета мы можем встретить наглядный пример того, как разрушающе действует любовь к мамоне на душу человека и его жизнь.

Страстью к наживе был безнадежно поражен один из апостолов Христа, Иуда. В то время денежные знаки назывались сребрениками. Отсюда, судя по всему, и пошло название греха. Возможно происхождение слова имеет другие корни. У славян в древние времена деньги всегда назывались «серебром».

Образ Иуды послужил красноречивой проповедью о том, что Господь предается людьми из-за денег и тех благ, которые можно за них приобрести.

Ради тленных материальных удовольствий многие из нас теряют возможность получить вечную жизнь и духовную радость, которая неизмеримо выше всех плотских наслаждений.

Значение понятия

Сребролюбием в православии называют такое состояние души человека, которое толкает его на нарушение всех Божественных и нравственных человеческих законов в погоне за приобретением богатства. В основе этого лежит решительное предпочтение материальных ценностей в ущерб духовным.

Сребролюбцы, пустив пагубную страсть в сердце, автоматически нарушают все библейские заповеди:

  1. Первую и вторую — как идолослужение, обожествляя «золотого тельца».
  2. Третью (…имя Господа напрасно…) попирают коммерсанты, которые лживо клянутся, что их товар (услуги) самые лучшие, и цена соответствует заявленному качеству.
  3. Четвертую — в воскресенье работают вместо того, чтобы посвятить седьмой день Богу.
  4. Пятую (почитание родителей) — жалеют денег, чтобы достойно содержать своих состарившихся отца и мать, помогать им финансово.
  5. Шестую (о ценности человеческой жизни) — каждый день случается множество убийств из-за наживы.
  6. Седьмую (о блуде)— широко процветает торговля телом, греховной любовью.
  7. Восьмую (не укради) — распространено воровство как незаконный способ завладеть материальными благами.
  8. Девятую (о лжесвидетельстве) — нарушают в судах и других инстанциях, где за деньги попирается справедливость, обижаются слабые и неимущие.
  9. Десятую (о зависти) — в сердце неуемное желание обладать всеми земными благами.

Человек, подверженный страсти, способен на многие гнусные поступки. Врач, который ставит неправильный диагноз или назначает неэффективное лечение в надежде «выбить» из пациента мзду, — вот один из распространенных в нашей жизни примеров.

Людей, зараженных страстью к богатству, сейчас можно встретить на каждом шагу. Все стремятся соответствовать «золотому стандарту». И все делают для того, чтобы выбиться из общей серой массы «неудачников» любыми доступными средствами и путями. Где уж тут помнить о Боге. Он им только мешает жить.

Упоминание в Библии

В Священном Писании неоднократно упоминается о страсти к богатству, наживе. О пагубности любви к деньгам говорил в своих поучениях сам Господь Иисус Христос, что «…трудно надеющимся на богатство войти в Царство Небесное!». Апостол Павел утверждал в своих проповедях, что сребролюбие лежит в основе любого греха.

Всем хорошо известна история предательства Иуды. Еще один яркий пример губительной любви к деньгам — это печальная участь семейной пары, Анании и Сапфиры. Страсть, поселившаяся в сердце, побудила их ко лжи. И обмануть они пытались в лице апостолов самого Бога. Это красноречиво свидетельствует об их неверии. Что привело мужа и жену в христианскую общину, так и осталось неизвестным.

Страсть стяжательства — это попытка самому, без Бога прожить на этой земле. В Евангелии есть притча про богача, у которого уродился хороший богатый урожай. Этот человек обрадовался, сломал свои старые амбары, создал новые и говорит: «Ешь, пей душа, веселись на многие годы вперед…». Вот здесь также очень хорошо показана основа страсти — как без Бога хочется многое получить и достичь.

Историческая справка

Сребролюбие (или своекорыстие), славолюбие (самовозношение) и сластолюбие (любовь к наслаждениям) — страсти, служащие источником появления других пороков, угасания разума, ослабления веры. В основе лежит самолюбие.

Об их существовании и главенствующей роли в образовании остальных грехов свидетельствовали такие святые отцы, как преп. Авва Дорофей, Оптинский старец Лев, преп. Феодор Эдесский.

Источники и причины появления

Еще апостол Иоанн Богослов приводил разделение греха стяжательства на: «…похоть плоти, похоть очей и гордость житейская…». Святые отцы развили и усовершенствовали учение о видах страсти, распознавании и борьбе с ними. Они считали, что сребролюбие – наиболее опасно, и есть основа всех остальных грехов. Искореняется оно тем, чтобы всем сердцем и душою иметь упование на Бога.

Развитие и дальнейшая судьба

На протяжении веков христианства святые подвижники опытным путем проходили нелегкий путь борьбы со своими страстями. Ими оставлено много книг духовного содержания, из которых мы видим, как становился и развивался православный аскетизм. Святые отцы досконально изучили все тонкости духовного делания, в том числе поведали нам о страсти сребролюбия.

Например, Феодор Эдесский подробно изложил путь появления страстей в душе человека. Он говорил, что за тремя основными — сребролюбием, славолюбием, сластолюбием — неизменно следуют следующие пять греховных навыков, из которых и порождаются все виды пороков. Человек, победивший первые, неизменно получает возможность отсечь и все остальные.

Современное положение

Богослов нашего времени профессор А. Осипов, как и многие другие священнослужители, проповедники, развивает учение о православном аскетизме. По его мнению, эта страсть лежит в основе языческого мировоззрения, которым сейчас заражено большинство людей, а также является центральным стержнем научно-технического прогресса.

Виды сребролюбия

Греховная любовь к богатству проявляется разными формами, порой самыми неожиданными. Этой страсти подвержены люди разного достатка, социального уровня. И было бы неверно считать таковыми только богатых и преуспевающих, как будто бы их состояние и является показателем этой страсти. Бедняк порой крепче держится за последнюю монетку, чем другой за свои миллионы. И поэтому лепта бедной вдовы из Евангельских повествований, отдавшей все, что она имела, была так дорога Господу.

Сребролюбие включает в себя целый букет разновидностей греха:

Каждый из перечисленных пунктов означает конкретное проявление греха, но все эти определения являются родственными.

Скупость

Это крайнее проявление жадности, болезненное нежелание расставаться с чем-либо, выходящее за рамки нормальных общепринятых норм. Алчность — это неуемное стремление получить как можно больше, в то время как скупость направлена на то, чтобы потратить как можно меньше.

Любостяжательство

Грех идолопоклонства, когда все попечения направлены на стяжание имущества, не оставляя времени и сил для Бога. Приводит к нарушению практически всех Его заповедей, когда ради наживы предаются интересы и выгоды других людей, попирается закон любви к ближним.

Мшелоимство

Употребляется в первую очередь в тех случаях, когда речь идет о взятках, любви к подаркам, коллекционированию, наличию в обиходе ненужных вещей и тому подобное. Причина кроется зачастую в самолюбии, тщеславии, маловерии.

Корыстолюбие

Применяется, когда речь заходит о личностях, ничего не делающих для других без собственной выгоды. Такие люди бесплатно пальцем не пошевелят во благо другому человеку. Их отличает стремление получить выгоду любым путем, неразборчивость в средствах наживы, что приводит к нарушению гражданских и Божественных законов.

Почему сребролюбие — грех

Страсть к накоплению тесно связана с двумя другими грехами — чревоугодием и блудом. Ведь чтобы ублажать свое чрево, есть дорогие изысканные продукты в большом количестве, нужны деньги. Поэтому у такого человека поневоле будет проявляться и любовь к злату. Для удовлетворения блудной страсти часто также требуются немалые средства.

Стремление к обладанию богатством порождает в свою очередь печаль и гнев, — также греховные страсти, разрушающие личность человека и его жизнь. Сребролюбец очень тяжело переживает потерю имущества, впадает в гнев, уныние.

Как выявить в себе

Чтобы обнаружить таящуюся в глубинах души страсть, необходимо хорошо знать признаки ее внешнего проявления.

Святые отцы выявили такие характерные свойства сей духовной болезни:

Духовники утверждают, что тот, кто прилепился все сердцем к богатству, не может любить брата, так как всегда хочет отнять у него что-нибудь. Такие люди, как правило, одиноки, потому что враждебно относятся ко всем, даже к друзьям, близким родственникам и самому себе, изнуряя душу чрезмерными заботами.

Современные православные психологи, проведя ряд исследований, пришли к определенным выводам в этой области. Ученые считают, что, если человек не смог расстаться с частью своих средств ради спасения жизни другого человека, он однозначно порабощен греховной страстью к деньгам.

Как бороться с грехом

Святые подвижники оставили христианам богатое наследие своего духовного опыта. Из их книг, поучений мы можем легко можем узнать те способы и приемы, используя которые, можно с Божьей помощью справиться с любым грехом.

Чтобы искоренить из души сребролюбие, православные духовники советуют применять:

Наиболее сильным средством в этой борьбе становится нестяжание. Монахи на его принципах, как на камне, строят всю свою жизнь. Произвольная нищета хоть и доставляет скорбь по плоти, но душе дает мир и покой, так необходимые для христианской жизни. Еще одним действенным приемом становится милостыня. Вначале следует приучать себя давать то, что в избытке. Затем легче будет делиться с неимущим последним, что имеется за душой.

Как говорят святые отцы, сребролюбие — это дочь неверия. Поэтому всеми силами нужно стараться укреплять веру в Промысл Божий, чтобы победить в себе пагубную привычку надеяться исключительно на силу денег и власти.

Видео

О том, как бороться с грехом, можно узнать у Иоанна Лествичника и других святых отцов, посмотрев это видео. 

Страсть сребролюбия и борьба с ней

прот. Сергий Филимонов

Содержание книги «Борьба со страстями»

Борьба со страстью сребролюбия на основе святоотеческого учения

Описание страсти сребролюбия и ее проявлений

Страсть сребролюбия, как говорят святые отцы, не естественна, не присуща душе человека. Тем не менее они предупреждают, что если она набирает силу, то становится одной из самых страшных страстей.

Почему эта страсть названа именно так? Я задавался этим вопросом. Действительно, почему она не называется страстью златолюбия, платинолюбия или еще каким-то образом? Конечно же, здесь имеется связь со Священным Писанием, потому что именно за тридцать сребреников был продан Иудой Господь наш Иисус Христос. Именно серебром оплатили Его жизнь священники иудейские. Может быть, поэтому серебро в каком-то отношении – металл проклятый.

Что такое сребролюбие

Сребролюбие – это страсть души к обладанию деньгами и имуществом сверх необходимого при данных конкретных условиях. Например, у человека большая семья, и он хочет построить для нее дом, и старается заработать на этот дом. Сребролюбие это или нет? Нет. А другой человек живет один, у него нет семьи, и он хочет иметь пятикомнатную квартиру и всячески на нее зарабатывает. Это сребролюбие или нет? Да.

Для живущих в миру опасная склонность к сребролюбию имеет естественный характер. Пропитание себя, семьи, детей, приобретение жилья и прочих необходимых вещей подталкивает мирян к поискам заработков, стабильной работы и прочего. Само по себе это не предосудительно, если имеет разумную меру. Если тебе в данный момент что-то надобно, то не грех, если ты накопишь, заработаешь, пойдешь даже на трех работах поработаешь и приобретешь, например, одежду и обувь, чтобы не ходить босым и раздетым зимой. Но как определить меру? Мерой является получение всего, достаточного для жизни и дающего возможность без ущерба для семьи помогать нуждающимся без чего бы то ни было излишнего, ненужного и повреждающего душу.

Если человек много зарабатывает, но, ложась спать, не думает о деньгах, он сребролюбив или нет? Не сребролюбив. А если у него ничего нет, кроме рубища, но, засыпая, он мечтает, как наутро встанет и заработает много денег, он сребролюбив или нет? Сребролюбив. Человек может быть богат и не сребролюбив, спокойно относиться к деньгам, а может быть нищ, но пропитан сребролюбием.

Чтобы спокойно идти по жизни, необходимо придерживаться следующего святоотеческого правила: «Мерой приобретения должна быть потребность человека», – об этом тоже говорит преподобный богоносный отец наш Ефрем Сирин.

Сребролюбие не свойственно нашей душе по природе

Святые отцы говорят нам, что эта страсть, в отличие от других страстей, чужда нашей природе, не свойственна ей. И это очень важно, потому что, поскольку эта страсть не коренится в нашей человеческой природе, с ней легче бороться, ее легче отсекать.

Прочие движения страстей имеют начало в нас самих. Возьмем, например, блудную страсть. Она связана с тем, что человек имеет плоть, в нем действует инстинкт продолжения рода, в организме постоянно происходят определенные гормональные изменения. Чревоугодие связано с тем, что мы неизбежно употребляем пищу, мы в ней нуждаемся. А эта болезнь – сребролюбие – позднее других приходит и извне навязывается душе, почему легче может быть побеждена и извергнута.

Но если однажды она будет пренебрежена и пущена в сердце, то бывает более всех гибельной и труднее всех изгоняемой, ибо соделывается источником возбуждения разных страстей.

Страсть к деньгам неестественна и побуждение к оной заключается не в природе нашей, но в превратном произволении.

Страсть сребролюбия ненасыщаема

На самом деле, страсть сребролюбия ненасытима и тем очень опасна. Если человек, обладающий страстью чревоугодия, очень много ест, то, в конце концов, есть определенная граница, которая определяется объемом его желудка, количеством еды на столе, запасами в холодильнике. В какой-то момент он остановится. Так же точно невозможно непрерывно реализовывать блудную страсть, на это есть определенные физиологические пределы. У человека, который мгновенно вспыхивает гневом, есть определенный запас нервной энергии, как об этом говорят физиологи и врачи, и когда необходимое количество аденозинтрифосфорной кислоты израсходовано, она сгорела, человек не может далее гневаться, как бы он ни пытался, как бы ни хотел.

Чем больше человек приобретает, тем скупее становится, тем больше он хочет иметь. Быть может, кто-то думает, что человек, обладающий миллионами, сорит деньгами направо-налево? Ничего подобного, богатый очень часто любому горло за копейку перегрызет.

Сребролюбие и жадность – родные сестры, более того – сиамские близнецы. Они всегда вместе.

У нас есть свой опыт в этом деле. Когда наши сестры милосердия выходят на патронаж больных, то зачастую чем богаче человек, чем больше у него возможностей, тем тщательнее он каждую копейку высчитывает, только бы сестре милосердия не переплатить. И среди таких людей ходит такая присказка, я сам от них слышал это: «Я потому и богат, что плачу там, где надо платить, и не плачу там, где можно не платить». Все понятно?

Страсть сребролюбия неукротима, и сколько бы человек ни получил денег, ему все кажется мало. Дорогие братья и сестры, как только вы чувствуете первое шевеление сердца: «Мне бы побольше, мне бы еще чуть-чуть», – это значит, что страсть начинает входить в сердце и тут нужно заметить это в себе и сразу же пресечь ее развитие.

Сребролюбие питает и укрепляет другие страсти

Сребролюбие очень связано с другими страстями. Все очень просто. Любишь вкусно кушать, ни в чем не ограничивать свое чрево – надо больше зарабатывать. Завидуешь внешнему виду, одежде и материальному благополучию других – нужны деньги, чтобы сравняться с этими людьми. Хочешь иметь славу мирскую – надо добиться положения, поста с соответствующими финансовыми возможностями и почетом.

Посему если усечешь корень сребролюбия в своей душе, то отсечешь и опухоли других страстей. Поэтому преподобный Нил Синайский предупреждает: «Желающий истребить страсти пусть прежде исторгнет сей корень их; пока же остается сребролюбие, не сделаешь себе пользы, отсекая ветви; потому что, если и будут отсечены, скоро опять вырастут».

Наказание Божие за сребролюбие людям разных профессий

Господь говорит: «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф. 7, 21–23).

Вот какие грозные слова мы читаем в святом Евангелии. «Отойдите от Меня!» – говорит Господь нам, кто приняли обеты Таинства Крещения и не хранили их. Слава Богу, когда человек, одумавшись, начинает жить по-христиански и начинает понимать, что обеты, данные Богу, должно человеку исполнять. Их неисполнение ведет к деградации духовной, к психическим нарушениям и страданиям физического характера. Нередко лишь пройдя через горнило всех этих страданий, человек начинает понимать, что заповеди и обеты – не пустые слова. Тогда он возвращается в церковь и начинает жить по-христиански.

В Евангелии мы не раз слышим обличение мытарей. Кто такой мытарь? По-современному выражаясь, это налоговый полицейский. В нашем с вами мире под мытарями можно понимать сотрудников, которые работают в самых разных структурах. Часто с людей, приходящих в присутственные места, требуют дополнительные деньги за что-либо или что-то недодают им за их деньги. И бегают бедные замученные люди, добиваясь получения своих денег или того, что им причитается, что ими оплачено копеечками, трудом накопленными. Все эти денежки присвоенные потом аукнутся, и руководителям тех организаций, и бухгалтерам, и казначеям, и все прочим, кто чужую трудовую денежку притаили, припрятали. Все это вернется через болезни – их самих и их детей. Потом все эти, таким образом полученные, денежки полностю уйдут на лекарства и на операции, которые они будут делать детям и внукам.

Я помню женщину, которая пришла ко мне и жаловалась, что ее ребенок болен энурезом. В течение многих лет врачи ничего не могли сделать. Я спросил:

— А чем ты занимаешься?

— Я в детском садике, в столовой, на раздаче.

— А ты перед тем, как детям разложить порции, отрезаешь себе кусочек?

— Да, отрезаю. И не только себе, но еще и директору садика, и врачу, и еще нескольким. А остатки идут детям.

Вы понимаете? Детям – остатки. Вот тебе и причина энуреза твоего ребенка! Недоданное детям масло, куски мяса и рыбы, которые ты забрала у детей. Я сказал ей: «Не делай так, не надо. Требует с тебя что-то директор, отдай ему, но себе прежде детей не бери ни грамма. Вот если останется что-то после, тем и будешь питаться. Значит, это именно то, что тебе Господь оставил». Так поступают многие работники сферы питания. Но одни берут остатки, а другие отрезают в самом начале. И что вы думаете? Не прошло и трех недель, как энурез многолетний прекратился, ее ребенок выздоровел. Он болел из-за того, что мать протягивала руку к чужому, к плодам чужих слез, чужого пота, чужой крови.

Воинам сегодняшним мы можем сказать то же самое, что говорил Иоанн Креститель: «Никого не обижайте, не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованьем» (Лк. 3:14). Трудно живется сегодня нашим солдатам, матросам и офицерам. Знаем, в каких условиях они живут. Знаем, в каких условиях сейчас находится вся армия и флот. В тяжелых условиях. И хотя сейчас сходят со стапелей новые корабли, строятся новые самолеты, но пока мы только в начале перелома.

Самое главное, чтобы сегодняшний солдат и матрос сохранили понятие Отчизны, понятие Родины, потому что все это надломилось. Нужно понимать, что если офицер дает присягу на верность Отчизне, то какие бы тяжелые обстоятельства ни были, он должен сохранить верность этой присяге, остаться даже в это нелегкое время верным сыном Отчизны. И Господь за терпение и верность воинскому долгу покроет современному воину множество грехов – за те копейки, какие он получает и даже их недополучает, и за то пренебрежение гражданского, светского общества к его тяжелому, непростому служению.

Нажива часто становится главным стимулом работы врача. Одну из наших прихожанок как-то раз по «скорой помощи» привезли в больницу, и в приемном отделении врач ей сказал: «Заплатишь двести долларов, прооперирую тебя сам, не заплатишь – отдам студенту». Так случается нередко: есть деньги – будут тебя оперировать, нет денег – делай что хочешь и как знаешь. Сегодня врачи, случается, ставят диагнозы, которые не соответствуют действительности, и назначают ненужные операции. Я помню женщину, которой было назначено две операции на ухе стоимостью свыше тридцати тысяч рублей. Мы с ней решили ее телесную проблему за неделю, не потратив ни копейки. Она не нуждалась ни в одной операции, которую ей назначили. Более того, после операций это был бы изуродованный человек, инвалид, который потерял бы и здоровье, и деньги. И ведь не боятся же такие врачи поднимать руку на другого человека, забывая о том, что он есть создание Божие, и что все мы ходим под Богом. Я видел, что обычно происходит с этими врачами впоследствии. Они пускаются в бесконечные странствия по больницам и санаториям, залечивая свои почки, печень и все остальное. Потому что Бог поругаем не бывает. Он все видит, Он все знает. И то здоровье, тот ущерб, который ты бессовестно нанес другому человеку, Господь взыщет с тебя и с твоих собственных детей.

Репортеры и журналисты наших дней в погоне за заработком не думают о том, что Богом им дан дар освещать правду этой жизни и вскрывать ее недостатки, но в то же время давать людям надежду на будущее и силу выстоять в любых обстоятельствах. Их передачи и статьи часто доводят читателей и слушателей до уныния, печали и отчаяния. Но им так выгодно, потому что можно заработать денежку и популярность на «жареном» материале.

Мне рассказывали, что до дефолта 1998 года в Калининском районе Петербурга хоронили порядка восьмидесяти человек в сутки. Когда же произошел дефолт, из того же района увозили порядка двухсот самоубийц в сутки. А почему? Здесь не только социальные причины. Если бы эти люди знали Бога, если бы каждый день с экрана телевизора или из газеты от журналистов и репортеров они не узнавали об очередных ужасах и безнадежной ситуации… Если бы они слышали и читали: успокойтесь, проявите терпение, помолитесь Богу, потерпите немного, тяжелые времена пройдут, все встанет на свои места… Глядишь, кто-то и выбросил бы горсть приготовленных таблеток или закрыл окно и не стал бы выбрасываться с девятого или с восьмого этажа. Кто за это будет отвечать? Сами журналисты и их дети расплатятся за слезы и жизни других людей.

Разумное планирование расходов следует отличать от накопительства на черный день

Бесцельное накопительство на всякий случай, «про черный день», есть сребролюбие, спаянное с маловерием. Вот женщина откладывает деньги на похороны своей матери. Это сребролюбие или нет? Нет. Ибо она не копит их просто про запас, а разумно подходит к реальной своей житейской ситуации.

А если человек еще достаточно молод и собирает на похороны себе? Нет, ему еще рано собирать на похороны. Другое дело, что в Иерусалиме продаются рубахи, которые погружались в Иордан, и молодые еще люди их тоже покупают, привозят и хранят до смерти – приятно, если тебя похоронят в таком саване, Иерусалимском, пропитанным нардовым миром. Но к чему собирать на похороны, если не пришел возраст умирать?

Конечно, во всем нужно знать меру. Нет греха в том, чтобы приуготовлять потихоньку какой-то небольшой капитал на ближайший, близ грядущий случай, который явно предстоит – внуку ли идти в школу, дочке ли помочь копеечкой после отпуска, операция ли какая-то грозит, хочется ли поехать через год в паломничество в Святую Землю, купить какую-то дорогую книгу духовную, или что-то по хозяйству, зубы вставить…

Все это – разумное планирование, а вот когда человек копит про черный день, то в основе этого лежит маловерие к Богу. У каждого человека, у каждой семьи, благоразумно, с рассуждением планирующих и ведущих свое хозяйство, есть определенные сбережения, предназначенные для решения житейских проблем. Складывание же денег в рост безо всякого плана («Дай-ка, положу в банк, под пять процентов, пускай нарастают денежки!») есть грех стяжательства, потому как этот мертвый капитал лежит бесполезно, не тратится на добрые дела.

Нужно ли молиться о богатстве и благосостоянии

Дьявол нередко ловит человека на крючок таким помыслом: «Вот ты подзаработаешь как следует, и сможешь тогда больше помогать другим людям, жертвовать Церкви и на благотворительность. Но сейчас необязательно, чтобы ты помогал кому-то. Ты пока беден, у тебя малые дети-внуки, за квартиру нечем платить. Да, твой знакомый сильно нуждается, но ты-то тут при чем?» Так дьявол человека обманывает, обкрадывает добрыми делами. И одебелевает без дел милосердия человеческая душа. И получается, что человек потом разбогател, но добрых дел так и не творит, ибо давно позабыл, что это такое.

Напомню вам известную притчу о каменщике. Он тесал камни и тем зарабатывал себе на жизнь, часть же денег тратил на прокормление множества нищих. Один монах, видя такую добродетельную жизнь, помолился Богу: «Господи, воздай ему за все то, что он делает, и приумножь его благополучие». Господь исполнил прошение монаха. В один прекрасный день каменщик ударил по очередному камню, тот развалился, и открылся внутри клад, многое множество золотых монет. Каменщик разбогател в одно мгновение. Но уже со следующего дня в нем начались изменения. Он перестал подавать милостыню нищим, даже гнал их прочь пинками. Потом купил себе должность в Константинополе, и когда тот монах пришел там за какой-то нуждой и обратился за милостыней, то бывший каменщик, за которого он просил Бога, не узнав его, натравил на него собак. И когда монах пребывал в печали от происшедшего, Господь сказал ему: «О чем ты страдаешь, ты же именно о богатстве для этого человека просил Меня! Видишь, какой плод имеет твоя молитва неразумная?». Монах начал молиться, чтобы Господь отнял у этого человека богатство. И вот этого бывшего каменщика, а ныне именитого царского вельможу оклеветали, у него отняли имущество, еще и должны были голову ему отсечь. И он все побросал, все свое богатство, и бежал из Константинополя. Он вернулся к своему прежнему труду, и до конца жизни так и остался каменщиком, зарабатывая деньги на себя и много помогая нищим.

Так же точно и мы с вами часто вымаливаем желаемое, забывая о том, что иногда надо говорить просто: «Господи, я, может быть, ошибаюсь, пускай будет не как я хочу, а как Ты хочешь». Богатство бывает для человека неспасительным, и потому молитва о нем неразумна.

Борьба со страстью сребролюбия

Корень сребролюбия – маловерие

Что лежит в основе этой страсти? Стремление к наживе, к обогащению и вообще к деньгам коренится в маловерии. Человек старается заработать как можно больше для того, чтобы прокормить себя и свою семью.

Но Спаситель говорит: «Не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф. 6, 31–33). Господь заботится о нас, Он видит всякую нужду и знает, сколько и чего каждому из нас потребно в каждую минуту его жизни. Но очень часто именно по своему маловерию мы начинаем искать вот эти сребреники.

С одной стороны, мы понимаем и чувствуем, что если всю свою жизнь будем посвящать только зарабатыванию денег, то это неправильно. С другой стороны, если мы не будем трудиться в поте лица своего, как было заповедано нам Господом, для того чтобы обрести свой хлеб, то останемся голодными. На одном полюсе находятся, как говорят сейчас, трудоголики, изо всех сил зарабатывающие свое серебро, а на другом ленивцы, которые радуются, что не страдают сребролюбием, и палец о палец не ударят; их снабжают деньгами родители, бабушки и дедушки; они не работают и сидят на шее других людей.

Человеку очень сложно перебороть свое маловерие, потому что Бог далеко, а нужда кормить семью или покупать какую-то одежду рядом. Чем слабее вера, тем больше самонадеянности и упования на свои силы. Страх не прокормиться и обнищать всегда мешает всецелому доверию Богу.

Одна из характеристик сребролюбца – маловерие. Об укреплении веры следует просить ему Бога. Вот что говорит преподобный Нил Синайский о связи сребролюбия и маловерия: «Не говори: «Чем буду питаться, если состарюсь?» Ибо нам не позволено заботиться и об утреннем дне, а ты заботишься уже о старости. Будем искать Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся нам (Мф. 6:33). Если же не будем искать этого прежде всего, то явно будет, что и не заботимся о том. Итак, возверзи на Господа печаль твою, и Той тя препитает (Пс. 54:23)».

Очень трудно уповать на Бога целиком и полностью. Дьявол подсовывает нам помыслы о старости и болезнях, на каковой случай мы должны, якобы, соделывать запасы.

В человеке постоянно идет внутренняя борьба: «Да как же я могу возложить все на Господа? Подстрахуюсь-ка немного, обезопашу свою старость». И это всегда будет так, борьба с такими помыслами нескончаема.

Из описаний жизни святого Иоанна Кронштадского известно, что батюшка в течение дня тратил иногда сотни тысяч рублей, раздавал нищим, вкладывал в строительство. И часто он засыпал, растратив к вечеру все деньги до копейки. А утром его ждало множество проектов, за которые тоже надо было платить – то в монастырь, то еще куда-то – он должен был сотни тысяч рублей разослать нуждающимся, которым он обещал. И эти сотни тысяч рублей на следующий день уже находились, и каждый был удовлетворен. Я, конечно, говорю о каком-то абсолюте веры, о святом угоднике Божием. Может, нам это и недостижимо, но мы должны к этому стремиться и укреплять веру и упование на Бога, что Господь подаст что надо, когда надо и как надо. Как священник, я неоднократно в этом убеждался – в нужный момент Господь всегда помогает, может, не деньгами, а другими способами, но так или иначе, Он всегда заботится о Своем создании.

Доверие Господу

Значит, проблема не в деньгах, не в серебре и злате, а в нашем маловерии, в том, что мы не доверяем Господу. Вот в чем загвоздка, вот в чем проблема, вот в чем препятствие в нашей жизни.

Корнем любого недовольства Богом, ропота, что у меня нет в жизни чего-то, что у кого-то есть, кто-то лучше живет, чем я, кто-то преуспевает, а не я, кому-то подается, а не мне, – корнем всего этого является маловерие. Своим недовольством мы говорим Господу: «Господи, Ты несправедлив, Ты распределяешь блага неправильно! Вот это должен был получать я, а Ты дал этому плешивому. У него и так есть, зачем Ты ему подаешь, а не мне?» Но, дорогие мои, мы же не знаем, для чего ему подается! Только Господь знает, как распорядиться этой частью. Быть может, получив эту денежку, тот человек половину потратит на храм, или напишет икону после болезни и подарит ее в храм, или позаботится о чужом младенце, а мы бы ее попросту зажали.

Поэтому мы не должны смотреть, кто сколько чего получает, а должны говорить Господу: «Господи, я верю, что Ты промышляешь обо мне! Все волосы на моей голове сочтены Тобою, ни один мой вздох от Тебя не утаен, Ты слышишь каждое биение моего сердца! Неужели же Ты не знаешь, сколько нужно мне, и моим детям, и моим внукам? Я верю, что Ты промышляешь обо мне и подашь мне, когда и сколько нужно. А если не пошлешь мне того, в чем я нуждаюсь, значит, Ты подаешь мне возможность покаяния, возможность задуматься о своей жизни. Ты радеешь о миллиарде людей, обо всех в мире и, значит, комуто сейчас эти средства, которые Ты мне не посылаешь, гораздо нужнее».

Степени стяжания и нестяжания

Поведение наше может быть трояким: нестяжательным (мы не забираем себе то, что нам не нужно, излишне); обычным и многостяжательным. Со времен изгнания Адама и Евы из рая люди демонстрируют все эти три образа жизни. Одни, углубившись в упование на Бога, совсем отдалились от всякого стяжания и бывают питаемы Богом. Это те, у кого крепкое упование на Бога. Они трудятся, ничего не стяжая. Они обращаются к Нему всечасно: «Господи, на все воля Твоя!», и Господь питает их. Но чтобы так жить, нужно очень укрепить свою веру. Отречение от стяжательности и полное упование, что Господь пропитает – путь, характерный в первую очередь для монахов.

Другие довольствуются самым скромным стяжанием, в тяжелом труде уповая на Бога. Они трудятся в поте лица, стараются заработать на пропитание себе и семье, но всю надежду возлагают на Господа: «Что Господь подаст, то и хорошо!» Потовый труд, упование на Бога и довольство скромным стяжанием – это путь благочестивого мирянина.

И третьи, углубившись во всякого рода труд, на нем основывают свою надежду иметь все нужное, обеспечением своей жизни сделали любые имения, а Богом в их жизни становятся любые мании. Это так называемые люди-кроты, как их называл Николай Сербский, которые только в земном копаются, роют ходы и тоннели к богатствам, строят подземные закрома и надеются на только свои собственные силы. От таковых мы часто слышим: «В этой жизни можно надеяться только на самого себя». Чаще всего этим людям Бог не нужен, они так и говорят: «Я верю только в себя, в свои собственные силы». Так живут люди мира сего, безбожники-материалисты. Именно этот род особенно склонен к жадности и сребролюбию.

До сегодняшнего дня каждый человек идет по одному из указанных путей. Нестяжательному христианину легко жить, он не боится ничего потерять. Конечно, людям несемейным в этом плане легче – бобылям, девушкам, вдовицам, которые уже вырастили своих детей. Семейным людям это, конечно же, сложнее. Но, тем не менее, когда в семье царит единодушие, члены ее могут не заботится о том, чтобы во что бы то ни стало окопаться в этой жизни.

Людей, которые уповают на Бога, искушения посещают гораздо реже. Потому что их крылья легки и не отягощены заботами. Уволили – и такой человек без печали оставляет место. Пришла смерть – благодушно отходит к Небу, потому что он никакими земными узами не связал душу. На эту тему вспоминается восточная притча о том, как царь велел свою пустую руку выставить из гробницы наружу, и когда его спросили, зачем, он сказал: «Чтобы все видели, что в тот мир я ничего унести не могу, и свидетельство тому – моя пустая рука».

Святоотеческое правило преодоления сребролюбия

Как найти золотую середину? Где она, добродетельная середина, добродетельный путь? В том, чтобы следовать святоотеческому правилу:зарабатывать себе на жизнь ровно столько, сколько необходимо.

Я здесь говорю не только о простых тружениках, но и о людях имущих, которые имеют свои фирмы, предприятия, бизнес. Каждый должен слышать в этом правиле свое. Если кто-то имеет свое собственное дело, естественно, он должен заботиться о нем, знать ту меру, которая и прокормит работников, и позволит развивать производство. Так что к этому святоотеческому правилу каждый должен подходить с рассуждением, согласно социальному положению, которое занимает, и согласно тому, насколько он верит в Господа. Если человек действительно уповает на Господа, то он будет понимать, что в первую очередь нужно посвятить свою жизнь молитве, хождению в храм Божий и творению добрых дел, а Господь Сам приложит ко всему этому все остальное.

Помнить, что на реальную нужду Господь подает Сам и сразу

Когда мы строили храм, то испытывали определенные искушения. Нередко монахи ходят по городам и весям, собирая на монастырь. Идут с такой кадушкой на животе, там написано «пожертвуйте на монастырь». Но опять-таки, есть два пути. Можно и так собирать, а можно, с другой стороны, молиться, и Господь все управит. Я помню, как Господь подал нам вразумление при начале строительства нашего храма. В какой-то момент нам потребовалась определенная сумма – 1872 рубля 40 копеек. Удивительно было, что когда в тот день мы открыли церковную кружку, в ней лежал конверт с деньгами, и на нем было написано «1872 рубля 40 копеек».

Конечно, это страшно, когда ты видишь, как Господь подает именно столько, сколько тебе нужно, именно тогда, когда тебе нужно. В тот момент мы все как-то внутренне успокоились и поняли, что наша задача – молиться и совершать Божественную службу, просвещать вас словом Божиим, а остальное все Господь Сам устроит, надо лишь сказать: «Господи, мне не хватает на тото и то-то, у меня есть сейчас такая-то нужда. Господи, помоги мне!» Я вас уверяю, когда вы с чистым сердцем обратитесь ко Господу в тот момент жизни, когда вам это действительно необходимо, вы получите просимое. В то же время Господь и вразумляет, и врачует, Он никогда не подает, когда этого не нужно.

Я помню, когда бывали сложные моменты в строительстве нашего храма, и я вопрошал: «Господи, подай на то-то на то-то!» И Господь, что удивительно, на одно подавал, а на второе нет. Как неопытный священник, я часто не понимал, чего хочет Господь. Иногда роптал и думал: «Как же так, Господи, почему Ты не подал вот на это, разве не видишь нужду?» А потом вдруг оказывалось – того, на что Он не подал, не нужно было нам делать, пришли благотворители и сами построили бесплатно. Или иначе случалось – то, на что я просил денег, было в тот момент преждевременно, а через год или два, когда пришло время для этой траты, Господь посылал именно на нее конкретную сумму. Было и так, что бригада, которая должна была приступить к работе и не приступила из-за отсутствия средств, как оказалось потом, могла все перепортить, а вот когда пришла другая бригада, под нее нам были сразу же посланы деньги. Иногда бывало так: мы на строительной планерке обсуждаем, что нам не хватает чегото необходимого, и у некоторых начинается уныние. Не успевает закончиться планерка, проходит буквально несколько минут, и уже стучится человек в дверь и говорит, что принес нам средства на строительство храма, на украшение его: «Примите, пожалуйста!», – и подает именно столько, сколько необходимо для заключения договора с той или иной фирмой на телефонизацию, отопление или еще на что-то. Поймите, мои дорогие – лишь только прозвучала нужда, как уже в дверь стучится человек с деньгами на ее удовлетворение.

Строительные работы очень дорогие, это даже не сотни тысяч рублей, а гораздо больше. Откуда нам столько взять? И люди, которые нам помогают – не бездонные бочки, их ресурсы исчерпаемы. Однако в каждый момент все нужное для строительства оказывалось на месте и необходимые работы были исполнены. Было наглядно видно, как Сам Господь строил и построил наш храм.

Искать прежде Царствия Божия

«Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф. 6, 31–33).

Понимаете, о чем говорит Святое Евангелие? Стяжите прежде всего Царствие Небесное, остальное все приложится. Эти слова нужно прямо в рамку обвести и перед собой повесить. Господь велит нам прежде всего стяжать Царствие Небесное и обещает Сам приложить к этому нашему душевному устроению потребные нам блага мирские.

И, конечно, Господь очень ревнив. Он настолько ревнует, когда ты начинаешь вдруг свой ум зацеплять о какое-то свое, мирское… Приведу случай из собственной жизни. Это было лет пять назад. У меня прохудилась куртка, которую я долго и с удовольствием носил; очень она мне нравилась. Стоял ноябрь, и сильный ветер пронизывал до костей. И родственники начали говорить, что надо мне потратить время и съездить в Финляндию, там продается такая же точно куртка, причем теплая, которая как раз будет мне впору, на мой немаленький живот. И вот четыре или пять дней меня посещал этот помысел. Я все обдумывал, стоит ехать или нет, даже предложил просто деньги отдать, чтобы привезли, но сразу же мне отвечали, что это невозможно, надо же ее примерить. И все меня тревожил этот помысел, я и не принимал его, но и не отвергал, рассматривал. И вот подхожу я к церкви, открываю дверь, и наша прихожанка мне чуть ли не залепляет пакетом: «Это вам!». Я говорю: «Что это?» Она говорит: «Куртка». Какая куртка? Мне не нужна куртка! А она настаивает: «Прежде чем отказываться, посмотрите хотя бы». Ну, хорошо. Я пришел в кабинет, развернул пакет, и там оказалась именно та самая финская куртка, именно того цвета и размера, которая мне была нужна! Подтекст очень простой – Богу было неугодно, чтобы мысли священника были заняты вещами мирскими. И Господь уже Сам не выдержал: «Возьми ты эту куртку, ее как раз из Финляндии привезли! Твой размер, твой цвет. Возьми, только успокойся, наконец. И больше о ней не думай!». После этого случая я как-то уже спокойно ко всему отношусь. Есть – есть, нет – не надо.

Я неоднократно убеждался и на жизни моих прихожан, что когда люди искренне верят, ищут Царствия Божия, то все остальное сразу прилагается, порой совершенно необыкновенным образом – с другого конца света или с другого конца материка вдруг являются люди, которые тебе начинают помогать.

Испытать привязанность своего сердца к мирским вещам

Как проверить, насколько ты привязан к миру? Представьте, что сегодня вечером вы умрете. Я вам даю 30 секунд: загляните в свою душу, нет ли у вас сожаления, что вы сейчас умрете, а у вас останется дома что-то такое, о чем вы будете жалеть, что оно осталось, а вы умерли?.. Я не говорю о детях, о внуках. Я говорю о вещах материального порядка. Вглядитесь в себя и спросите, нет ли того, за что сердце мое зацепилось? Ах, как жаль, что эта вещь останется тут, и неизвестно, как ею распорядятся те, кому она достанется! Что с ней будет, во что она превратится, как ею воспользуются? Подумайте полминуты и отдайте себе отчет в том, что к чему-нибудь земному у вас промелькнуло хоть мимолетное чувство жалости… Время пошло…

Одна моя учительница из медицинской академии рассказала историю про свою маму, которая, казалось бы, ни к чему не была сильно привязана, но очень сильно любила две картины с сюжетами из средневековья. Эти картины висели на толстых кожаных ремнях на стене. И что вы думаете? На девятый день после маминой смерти моя учительница вернулась домой, и увидела мамины любимые картины стоящими на диване, а ремни, на которых они висели, порванными. То же самое повторилось и на сороковой день. Вот, что такое привязанность сердечная.

Дело в том, сердце наше не должно быть прилепленным ни к чему. Я себя вот тоже ловлю иногда на мысли, что мне очень дорог, например, крестик с мощами святых, который я ношу, и кто, и как распорядится им после моей смерти? Иногда проскальзывает мысль, что будет с иконой, которую мне старец подарил, с частицей Животворящего Древа Господня.

Ничто не должно нас здесь держать, никакая привязанность. Человек должен быть в любой момент готов к исходу из этого мира. Тебе жаль твою фирму? Но какая разница тебе будет там, что сталось с твоей фирмой? Господь все управит Промыслом Своим. Конечно, хочется, чтобы добро наше пошло кому-то на пользу, но не должно беспокоиться о нем.

Беспокоиться незачем. У нас есть молитва, мы всегда можем помолиться. Ведь откуда взялись молитвы многих святых и почему мы говорим, что тех или иных святых нужно молить перед смертью о том-то или о том-то? Потому что именно таковы были их предсмертные молитвы перед тем, как им усекали головы мечом, или сжигали, или убивали иным способом. В житиях святых написаны их предсмертные просьбы: «Господи, помоги тем, кто когда кто-нибудь будет испытывать такую же нужду, как я сейчас». Так говорила, к примеру, святая великомученица Варвара: «Помоги, Господи, всем, кто в опасности будет призывать меня!» Святой мученик Антипа, которому вырвали все зубы и страшно сокрушили челюсти, молил перед смертью Господа, чтобы Он помогал всем людям, которые будут испытывать чтото подобное.

Как распорядиться своим наследством

Мы тоже можем молиться, причем еще задолго до смерти: «Господи, Сам распорядись имуществом моим и по вере моей сделай так, как надо». А чтобы не было беспокойства, есть чисто житейские простые предосторожности. Не надо, чтобы над твоей могилой дрались родственники. У нас в приходе бывало так, что задолго, за год, например, было уже понятно, что кто-то из наших прихожан в недалеком времени умрет. И мы говорили ему: «Пожалуйста, решите сейчас все свои семейные проблемы». Порой до драки дело доходило! Проявлялось все, что было под спудом.

Но хорошо, что все это до смерти вылезло, а представляете, если бы после смерти? Человек лежит в могиле, а над его могилой делят его имущество и дерутся. И ссорятся его тети, свекрови, жены и дети. Представляете такую картину? Поэтому все мирские дела необходимо продумывать заранее, чтобы не было о них сердечного беспокойства: «Это я тем завещал, это этим. То детям отказал, это внукам». Хотя, разумеется, все предусмотреть невозможно, к тому же случается и скоропостижная смерть.

Когда родственники маловерующие, лучше предотвратить грядущие споры о наследстве и заранее все нажитое вами разумно разделить. Но есть и второй путь, пригоден он для людей, чьи дети верующие и вся семья верующая.

В этом случае хорошо поступят те, кто перед смертью своей оставят детям самый минимум на проживание, чтобы дети и внуки своим трудом, своим потом и молитвой достигали жизненных благ. Потому что нередко случается, что когда дети все готовое от родителей получают, они этого не ценят и проматывают родительское достояние, обращая его в погибель и во зло себе и другим людям.

Не жестоко ли так поступить с детьми? Нет. Церковная история знает много случаев, когда люди оставляли все свое достояние бедным. И проходило после их смерти какое-то время и их детей, которых они, казалось бы, обделили и оставили без копейки на существование, вдруг, как бы случайно, ставили на высокую должность, или же они роднились с вельможами. Случалось, что вдруг, совершенно неожиданно, человек со стороны усыновлял этого сына или дочь и разделял с ними огромное имение, и этот человек был очень добрый и верующий. То есть история показала, что Господь никогда не оставлял Своим вниманием потомков милосердных людей.

Очень важно умереть так, как умирают многие, чтобы у тебя в руке осталось сто или двести рублей, а все остальное было роздано родственниками на милостыню. Блаженны те, кто из мира отходят обнаженными и свободными от всякого имущества и ото всяких денег.

Поторопитесь накануне смертного часа успеть облагодетельствовать многих людей. Старайтесь, чтобы особо много имущества не залеживалось у вас, было только самое необходимое для похорон и детям. Есть деньги – помогайте детям, внукам, соседям и нуждающимся.

К слову могу вам сказать, что в самые сложные для нашего храма минуты нас выручали люди, которые не занимали высокие иерархические ступени. Да, богатые люди тоже помогали, но сколько раз к нам в самый трудный момент приходила бабушка, у которой уже руки трясутся, с палочкой, и приносила копейку, которую она, может быть, двадцать лет собирала, и теперь вот жертвует в храм. И как раз в этот момент нужно было оплатить две или три машины кирпичей, и деньги этой бабушки выручали нас.

Как следует христианину выбирать работу

Давайте подумаем, как должен христианин строить свою жизнь? Что должно быть центром? От чего христианин должен ставить в зависимость все остальное – весь свой быт, все свое свободное время? Он должен отталкиваться от жизни Церкви. Все в его жизни должно быть пропитано церковной традицией, и Церковь должна быть стержнем всего.

Часто случается так, что человек ходит-ходит без работы, а потом начинает воцерковляться, и тут ему со всех сторон начинают сыпаться предложения работы, одна другой выгоднее. Я разговаривал с одной женщиной, она говорит: «Предлагают хорошую работу, мне будут 70 тысяч в месяц платить. И другую предлагают, менее выгодную, там на 30 тысяч меньше зарплата». Разница ощутимая, такой перепад! Зато на второй работе она будет иметь возможность ходить в воскресный день в храм Божий и когда надо, уходить с работы, посещать двунадесятые праздники. И вот тут надобно подходить с рассуждением.

Одинока она или состоит в браке? Какая у нее семья? Ведь как бывает. Одна давно развелась, у нее трое детей-школьников и больная мама на руках; эта женщина в семье основная кормилица, и ей нужно во что бы то ни стало зарабатывать. Да, конечно, с благословения духовника можно пойти на ту работу, где платят больше. Будет очень трудно, конечно, реализовывать свою христианскую жизнь, но необходимо решать вопрос о проживании, о пропитании.

А другая хотя и живет без мужа, но сын уже взрослый, мама еще здоровая, бодрая, подрабатывает. В этой ситуации на какой вариант надо пойти? Правильно, на второй – строить свою жизнь вокруг храма.

При выборе работы и образа жизни нужно всегда учитывать все факторы. Но следует помнить, что если человек прилепляется к Церкви, то Господь помогает ему устраивать всю его жизнь.

В свое время мне довелось говорить с Любушкой Сусанинской. Я помню ее советы. Когда она говорила о работе, то всегда советовала: «Ищите работу, которая ближе к дому».

Человека, который только встал на христианский путь, враг старается сбить, внушая: «Зачем тратишь напрасно время на Церковь? Сколько бы мог заработать за это время! Тебе же нужно и то, и другое!» Таковой христианин, не разобравшись хорошенько с проблемой и не обратившись к духовнику, оставляет храм и не возвращается обратно. То есть такого человека сразу затягивает.

Увидеть, что Господь промышляет не только о нас, но и о других людях

Мы иногда очень сильно ропщем на Бога и скорбим о своих обстоятельствах. Знакомые недавно рассказывали мне о том, что их обманули при покупке мебели. Когда смотрели, она вроде была хорошая, а когда привезли домой, обнаружили повсюду плесень. Что делать? Позвонили: заберите у нас, пожалуйста, обратно вашу мебель. А в ответ – грубость.

Здесь можно надломиться, обидеться по-человечески: такиесякие, обманщики и все плохо. А можно узнать в происшедшем Промысл Божий, подумать – почему так поступил человек? Может, остро нужны ему деньги, неотложно? Может, в беде он или кто-то из его семьи? Позже, при выяснении обстоятельств так и оказалось – матери были срочно необходимы деньги на сложную операцию для больной дочери. И она была так рада, что ей удалось получить деньги, продав свою мебель! Она продала обстановку собственной квартиры, чтобы спасти жизнь своему ребенку.

Иногда мы сталкиваемся с вопиющей несправедливостью. Другие люди жаловались мне, что их обманули. Хотя им твердо обещали, что они на днях могут въезжать в свою квартиру, но они уже третий месяц кочуют по разным комнатам и углам, негде голову преклонить. И ведь заплатили деньги, и все оформили! Мы начали разбирать ситуацию. И оказалось, что их в такое положение поставили люди, которым в тот момент были остро нужны деньги. Они казались злыми и несправедливыми, но у них родственник болел раком, и ему делали химиотерапию, за одну ампулу лекарственного препарата для которой иногда надо заплатить десять тысяч долларов. За одну ампулу! Где их взять человеку?

Часто мы воспринимаем другого человека прямолинейно, глядя лишь на его отношение к нам. Но мы не знаем, какая скорбь, какое несчастье стоит за этим ним. А ведь Господь печется не только о нас, но и о других людях, которые кажутся нам на данный момент злыми и несправедливыми. Почему же мы не подключаем благие помыслы и не говорим себе: «А вдруг этот человек поступает так со мной, потому что у него погибает кто-то из родных и близких? Быть может, он не умеет по-другому, но у него сейчас стоит вопрос о жизни или смерти его матери, или сына, или брата. А если бы сейчас умирал мой сын, или брат, или мать, как бы я метался, чтобы найти какие-то средства сохранить им жизнь!» Перенесите это на себя.

Господь все правит Своим дивным Промыслом, и мы Ему все родные и близкие. Он печется обо всех нас. Мы всегда чувствуем свою собственную боль: нас обидели, нас обошли, нас раздосадовали, нам недодали, нас не поняли. Но мы не знаем, почему так произошло. Господь правит нашими судьбами. За каждым жизненным обстоятельством стоит глубокий смысл и управляет его Промысл Божий не только в отношении меня, но и другого человека, которого мы, может быть, не уважаем, и даже презираем, и даже негодуем на него. Но это человек дорог Богу так же, как мы.

Нестремление к богатству – один из методов лечения сребролюбия

Одним из методов лечения страсти сребролюбия является нестремление к богатству.

Сребролюбивым может быть не только богатый человек, но и нищий. Разве вы не знаете сребролюбивых нищих или малоимущих, которые только и живут мыслью, как обогатиться? Вожделяющий богатства, хотя бы и неимущий, не отсекающий порочные движения сердца и не противящийся сребролюбивым помыслам, есть сребролюбец. Так происходит, если, например, вы думаете о том, что вот если бы меня за доброе дело отблагодарили, я бы смог то-то и то-то сделать. Или если живете не совсем в достатке, и вдруг появляются помыслы или фантазии, что будто сын стал крупным банкиром, и вот он приезжает за мамой на мерседесе, и мама спокойно, не считая, тратит деньги и отправляется в дорогую паломническую поездку. Казалось бы, мелочь, не так ли? Но даже такие незначительные помыслы показывают, что человек уже заражен сребролюбием. Он уже сребролюбец. И после смерти Господь его будет судить как сребролюбца, хотя бы у него была двадцатилетней давности шуба, проеденная молью, и много раз чиненые сапоги.

Я помню одно православное братство, которое образовывалось в нашем городе. Члены правления этого братства первые два года говорили: «Нам вначале нужно разбогатеть, а потом мы займемся добрыми делами». Они даже иначе говорили: «разжиреть», «нам сперва нужно разжиреть». Я им говорю: «Посмотрим, что из вашей жирности получится». Я наблюдал, как развивалось это братство. Действительно, они «жирели» какое-то время, года два или три, а потом приходил какой-нибудь шарлатан и в течение месяца проматывал все их деньги, накопленные за три года. Вместо того, чтобы тратить деньги на немощных и больных людей, которые были в братстве, которым сейчас нужно было делать добрые дела, а не через два, три или десять лет, они старались както преуспеть, приумножить капитал, но это приумножение капитала очень быстро и плохо заканчивалось.

Я видел людей, которые, приходя в наш храм или другие храмы на разные церковные послушания, очень часто начинали решать свои проблемы за счет церкви. Они не спрашивали, как помочь церкви, они решали вопрос примерно так: у меня большие долги, я должен устроиться на работу, работы нигде нет, дайте мне, пожалуйста, работу, я должен рассчитаться с долгами. Я видел, как глубоко падали эти люди, приходя в церковь к Богу не на служение, а для решения своих собственных и личных проблем. Падение их бывало очень жестоким, очень постыдным.

Я видел людей, которые несли церковное послушание, а потом соблазнялись и говорили: я пойду, потому что мне надо кормить семью, я должен еще делать что-то, я должен отдавать долги и тому подобное. Я помню одного нашего шофера, который ушел от нас и устроился таксистом. Да, действительно, в течение года или двух он разбогател, у него постоянно была хорошая прибыль, а потом он попал в ДТП, врезался в иномарку. Ему пришлось платить и за свою машину, и за иномарку, он влез в долги в два раза большие, чем те, которые были у него за два года до того.

Я видел алтарника, который ушел из храма, говоря: «Мне надо устраивать свою жизнь». Я ему говорил: «Остановись, это искушение, это проявление маловерия, не торопись. Подумай, какая честь быть в алтаре Божьем, когда тебе Господь предоставляет возможность служить!» А человек отвечал: «Мне надо зарабатывать! Я должен работать, мне нужно квартиру обустроить. Пойду в отделочники, там я хоть немного подзаработаю». Прошло несколько лет, и я видел, как этот алтарник потерял все свои деньги. Его облапошили, обманули, как самого последнего дурачка. У него все отобрали, и он остался без копейки и без и того, ради чего он бросил алтарь и пошел зарабатывать деньги. Все пошло прахом. Сейчас он снова служит в алтаре в одном из храмов, но он пришел туда, потеряв несколько лет, потеряв все денежные средства, потеряв время, которое было необходимо для его духовного возрастания.

Исцелять сребролюбие подаянием

А куда потратить деньги, если есть какой-то излишек? Пожертвовать на церковь, либо бедным, неимущим людям, либо голодным, либо сиротам подать милостыню.

Жизнь показывает, что, независимо от того, какой у человека прибыток, одному достаточно на себя две-четыре тысячи потратить в месяц, а другому и сорока тысяч мало. У одного при небольшой пенсии или скромном заработке излишек остается, и человек – удивительное дело – еще и помогает другим, а у другого вроде бы денег много, но все равно постоянно не хватает и никому он ничего не дает. А значит, на вечное и нетленное хранение в небесную сберкассу такой человек денег не переводит.

Часто, как мы с вами уже говорили, чем больше человек приобретает, тем большего хочет, жаднее и скупее становится. Чтобы этого не происходило, нужно, если деньги приходят в руки, как можно быстрее с ними расставаться. Да, именно как можно быстрее – отдавать их на добрые дела. Потому что Господь не просто подает, а Сам спросит за траты.

Причем расставаться с деньгами необходимо спокойно, с желанием. У нас есть несколько прихожан, которые целенаправленно борются с грехом сребролюбия. Им дано благословение – большое количество денег приносить в храм. И каждый раз это просто как вырывание корней из земли. В момент передачи денег такой скрип и треск стоят! Очень интересно наблюдать, как это проявляется. Люди с хрустом отрывают от себя эти деньги, как куски своего тела, как свои кости ломают, со вздохами, с ахами, со стонами. Но слава Богу, справляются – хотя бы так. Слава Богу, когда человек осознанно борется со сребролюбием.

Но гораздо лучше, что когда человек подает свои излишки от желания. За стадией охов и вздохов неизбежно приходит исцеление, и человек начинает с желанием расставаться с деньгами, он понимает, что это необходимо.

И видя такое чистосердечное устроение человека, Господь будет все больше и больше ему подавать. Я помню, когда мы в 1997 году паломничали в Святую Землю, рядом со мной – сначала в купе, а потом в соседней каюте – ехала одна протестантка, расположенная к общению, чистосердечная. Она занималась чем-то в недвижимости.

Эта соседка поведала свою историю. Когда-то она получала достаточно скудную зарплату, но поставила себе целью непременно отдавать десятину. Прошло какое-то время, и ее заработная плата увеличилась в десять раз, она смогла приносить на церковь уже не копейки, как раньше, а по 10 рублей. Пришло время, стала отдавать и по 100 рублей. А сейчас, говорит, я отдаю десятину десятками тысяч рублей. Так поднялась ее зарплата. По ее рассказу было совершенно ясно видно, как Господь подавал ей средства за ее чистосердечное делание.

Известно много случаев, когда человек раздавал деньги, и чем больше он раздавал, тем больше возвращалось. Вы, наверное, по себе тоже видели – чем больше отдаешь, тем больше возвращается. Подаришь коробку конфет – привезут вагон.

Из патерика известен такой случай. У одного старца был ученик, и он подражал учителю, раздавая все, что мог. Раздавал, раздавал… Все роздал, но ничего ему назад не пришло. Он спрашивает учителя: «Почему так получается? Ты раздаешь, и тебе возвращается десятикратно, а я раздаю, и все уходит как вода в песок». Старец отвечал: «А потому, что у нас с тобой разное устроение. Я подаю ради Христа, и не жду себе ничего обратно, я жертвую чистосердечно. А ты раздаешь и ждешь, пока тебе десятикратно, а лучше сторицей вернется». Понимаете, ученик как будто Господу, в небесный банк свои деньги отдавал в рост! Решил, что отдаст рубль, а Господь ему десять рублей за это принесет. Такое вот духовное ростовщичество. При таком устроении сердца Господь, конечно же, ничего не отдаст, ни копейки. Наоборот, как следует проучит.

Поэтому в борьбе со сребролюбием очень важно помнить, что, желая помочь ближнему, необходимо стараться делать это с чистым сердцем, стараясь забыть о том, кому сколько подаешь по слову Господню: «Когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая» (Мф. 6:3).

Мера труда не должна превышать меры молитвы

Господь говорит нам в святом Евангелии: «Не две ли малые птицы продаются за ассарий? И ни одна из них не упадет на землю без [воли] Отца вашего» (Мф. 10:29). Поймите, дорогие братья и сестры, Бог нас не обманывает! Я не говорю, что не надо трудиться. Мы должны трудиться, не покладая рук, в поте лица. Но при этом мера нашего труда не должна превышать веры в Бога, не должна превышать нашей необходимости, средств, которые нам нужны сейчас, не должна превышать меры нашей молитвы.

Я упрашивал многих людей, которые дороги моему сердцу: «Придите на покаянный канон Андрея Критского, придите в храм, всего четыре дня в году читается этот канон!» И слышал в ответ: «Мне необходимо в это время решать вопрос в посольстве. Мне нужно в этот вечер присутствовать в Думе». Я говорю: «Ну куда денется твоя Дума, ну что случится с твоим посольством, ведь один раз всего нужно хотя бы придти на канон?! Приди на покаяние в церковь!», – но он так и не появился. Я со скорбью это отмечаю и понимаю, что человек находится в дьявольских лапах, в дьявольской ловушке, и вся его деятельность закончится ничем, это пустое прожигание жизни.

Неизвестно, будешь ли ты завтра жив, разобьет ли тебя паралич или какую-нибудь полостную операцию сделают. Никому неизвестно, что завтра с тобой будет. Сегодня у тебя есть возможность помолиться, так молись всем сердцем, всей душой! Поспеши в храм Божий. Вы, кто сегодня говорите: «Мне надо много работать», – не забывайте, что близится старость, а в старости слабеет воля, в старости слабеют мозги, и уже не та будет молитва, не таким горячим сердце, и мозг не так уже будет соображать. И даст ли вообще Господь в старости помолиться, это большой вопрос. Не каждому человеку подается богатая и великая милость дожить до старости и остаться верующим человеком и молитвенником.

Сегодня мы видим, что во время кризиса Господь многих лишил работы. «Вы говорили, что вам некогда молиться в храме? Хорошо, Я сделаю так, что у вас будет время молиться в храме – Я вас увольняю». И оказались люди свободны. «Пожалуйста, получите от Меня выходные пособия и два месяца будьте свободны». И кто за два месяца пришел в храм? Я не вижу, чтобы в жизни людей, которые были уволены с работы и получили денежные пособия, что-то изменилось. Я не вижу в храме толпы незнакомых мне людей, которые стояли бы и молились, чтобы Господь Бог дал им работу и укрепил их жизнь. Господь дал им два или три выходных месяца, дал им деньги, дал возможность не работать, где они? Почему их нет сегодня в храме, почему они не стоят здесь сегодня с вами, почему они не каются в своих грехах, почему они не думают о своей жизни, почему? Ведь им все дано. И работа отнята, и деньги даны, и время на раздумья. Но где они? Их нет. Вот страшное событие, которое происходит сегодня – не где-нибудь, а здесь, у нас.

Выводы: что делать, чтобы преодолеть страсть сребролюбия

Таким образом, для того, чтобы преодолеть страсть сребролюбия, нужно, во-первых, укреплять свою веру. Не приходить в ярость, увидав, что Господь не подает столько, сколько я хочу, а сказать: «Господи, на все святая воля Твоя!»

Второе – необходимо довольствоваться тем, что есть. Господь подал: «Господи, слава тебе!» Господь не подал, что-то не получилось: «Господи, святая воля Твоя, да будет воля Твоя! Значит, так надо. Значит, это Твой Промысл. А мне надо понять, почему Ты мне не помог, почему Ты не подал мне эту денежку сейчас, и почему она досталась другому».

В-третьих, собирать деньги только с определенной целью, соответствующей какой-то запланированной трате или мероприятию. Еще раз повторю – не грех планировать свою жизнь и откладывать деньги на что-то конкретное. Но когда человек начинает копить на черный день и складывает их в кубышку, то, как нам свидетельствуют святые отцы, тут-то эта страсть и начинает пожирать человека.

В-четвертых, точно определять меру приобретения жизненных благ. Ею должны служить потребности человека, конкретного человека в конкретный момент его жизни.

Еще раз подчеркну, мои дорогие, что корнем страсти сребролюбия является маловерие. Чтобы преодолеть ее, перебороть и идти по жизни со спокойной душой, нужно ходить в храм Божий и не бояться, что что-то не получится, вставать на молитву со спокойным сердцем, понимая, что Господь обо всем заботится, и, если я делаю то, что положено, все остальное встанет на свои места.

В свое время, когда мы строили храм, мы общались с отцом Иоанном Крестьянкиным. Он дал нам такое наставление: «Складывая эти кирпичи, строя эти стены, не потеряйте души тех людей, которые приходят в храм, которые находятся с вами», – это очень краткие слова, но очень меткие. Понимаете, есть большая опасность, что за кирпичами, за батареями, за паломническими группами, за иконами, за благотворительностью и т. д., за разными внешними делами мы можем потерять свою душу и души других людей. Да не будет этого, да не обманемся, а найдем золотую середину между скупостью и расточительностью, между верой в Промысл Божий и трудом каждого, в той мере, которая ему потребна. Эту золотую середину должен найти каждый из вас. Лишь помните, что за любыми добрыми делами, даже церковными и благословленными, страшно потерять свою душу, чтобы она омертвела и перестала слышать Бога.

Да не будет этого с нами. Храни вас Господь. Аминь.

Борьба со с трастью сребролюбия на основе святоотеческого учения

Вступление

Сребролюбие – это страсть души к обладанию деньгами и имуществом сверх необходимых при данных конкретных условиях.

Для живущих в миру опасная склонность к сребролюбию имеет естественный характер. Пропитание себя, семьи, детей, обустройство жилья и приобретение необходимых вещей подталкивает мирян к поискам заработков, стабильной работы и прочего. Само по себе это не предосудительно, если имеет разумную меру. Таковой является предел нестяжательности ненужного и излишнего, достаточного для жизни и не повреждающего душу, и возможность без ущерба для семьи помогать нуждающимся.

Бесцельное же накопительство на всякий случай, «про черный день» – есть сребролюбие, спаянное с маловерием. У каждого человека и каждой семьи благоразумно, с рассуждением планирующих и ведущих свое хозяйство, есть определенные сбережения, предназначенные для решения житейских проблем. Складывание же в рост без всякого плана есть грех стяжательства, так как этот «мертвый» капитал не тратится на добрые дела (помощь церкви либо бедствующим, голодным, сиротам, оказание милостыни и т. д.) и не переводится в Небесную сберкассу (банк) на вечное и нетленное хранение.

Происхождение, свойства, особенность и природа сребролюбия. Связь с другими страстями

Часто и мирянин слышит такие помыслы: «Зачем напрасно тратишь время на Церковь? Сколько смог бы уже заработать на то или на это?» – Таковой, не разобрав дела, и не открывшись духовнику, оставляет Церковь и службы Божии и молитвы и уже не возвращается обратно. Блюдись!

Все очень просто. Любишь вкусно кушать и ни в чем не ограничивать свое чрево – надо больше зарабатывать, завидуешь внешнему виду, одежде и материальному благополучию других и желаешь утешить свою гордость житейскую – надо больше денег, хочешь иметь славу и мирское почитание и благополучие – надо добиться положения, поста с соответствующими финансовыми возможностями и проч. Подсечешь корень сребролюбия в своей душе – обескровишь опухоли страстей.

Особенность этой страсти в ее ненасытности: чем больше человек приобретает – тем больше хочет и тем жаднее и скупее становится. На самом деле не стоит удивляться: сребролюбие и жадность – неразлучные сестры, «сиамские» близнецы.

До сегодняшнего дня человек идет по одному из указанных путей. Для мирян характерен первый путь, для монахов – второй, для безбожников и материалистов – третий. Вот он, путь благочестивого мирянина – потовый труд с упованием на Бога и скромным стяжанием.

Нестяжательность и многостяжательность

Губительные плоды сребролюбия

Еще раз обрати внимание, что Господь смотрит на сердце, а не на лице, и имеющему страсть в сердце Он вменяет таковую, как если бы она явно была проявлена внешним делом. Вожделевающий богатства, хотя и неимущий, и не отсекающий порочного движения сердца, и не противящийся сребролюбивым помыслам, – есть сребролюбец.

Связь сребролюбия с маловерием

Чем слабее вера, тем больше самонадеянности и упования на свои силы. Страх не прокормиться и обнищать всегда мешает всецелому доверию Богу.

Одна из характеристик сребролюбца – маловерие. Об укреплении веры ему следует просить Бога.

Лечение страсти сребролюбия

Мирянину всеми силами, насколько возможно, следует стремиться к беспопечительной жизни. Чем меньше попечений – тем свободнее душа от житейских пут. Трудно это семейному, но со временем делается возможно. С возрастом к концу идут многие заботы, дети выросли и стали на ноги, потребности в пищи и питии по возрасту уже небольшие, житейская суета отходит в сторону. Благоразумный христианин по мере продвижения по жизни будет искать не новых попечений, а как избавиться от всех прежних и лишних, отягощающих его душу и препятствующих общению и служению Богу.

Крайне важно то, на что обращает внимание святой отец – направленность нашей воли в сторону зла. Бог будет судить нас, мирян, не за излишки денег, а за злую волю, устремленную в тайниках сердца к обогащению, злые движения сердца, сожалеющего об отсутствии богатства и невозможности его приобретения. Различай необходимость иметь деньги и стремление к ним. Мирянин не осуждается за разумный достаток. Не всегда бедствующий спасается, если бедствие и нищета его связаны с ленью и нежеланием добросовестно трудиться. И не каждый богатый и преуспевающий осуждается и погибает, а только тот, кто неразумно и эгоистично пользуется своим богатством, не тратя его на дела любви.

Основные святоотеческие правила излечения от с трасти сребролюбия

  1. Не стремиться к богатству.
  2. Довольствоваться тем, что есть в жизни.
  3. Собирать деньги только с определенной целью, соответствующей запланированной работе или ведению домашнего хозяйства и семьи.
  4. Уповать на Бога, подающего каждому на пользу, что потребно и когда потребно.
  5. Мерою приобретения должна служить потребность.

Примечания:

[1] Св. Иоанн Кассиан. Добротолюбие. Том II. М.: АНО «Развитие духовности, культуры и науки»; 2004, С. 57–58.

[2] Св. Ефрем Сирин. Там же. С. 494.

[3] Св. Иоанн Кассиан. Там же. С. 67.

[4] Св. Ефрем Сирин. Там же. С. 493.

[5] Прп. Нил Синайский. Там же. С. 300.

[6] Св. Ефрем Сирин. Там же. С. 492–493.

[7] Прп. Нил Синайский. Там же. С. 300–302.

[8] Св. Ефрем Сирин. Там же. С. 492.

[9] Прп. Нил Синайский. Там же. С. 302–303.

[10] Св. Ефрем Сирин. Там же. С. 492–493.

[11] Прп. Нил Синайский. Там же. С. 300.

[12] Св. Ефрем Сирин. Там же. С. 493.

[13] Св. Ефрем Сирин. Там же. С. 492

[14] Прп. Нил Синайский. Там же. С. 300.

[15] Св. Ефрем Сирин. Там же. С. 492–493.

[16] Прп. Нил Синайский. Там же. С. 300–302.

[17] Св. Ефрем Сирин. Там же. С. 492.

[18] Прп. Нил Синайский. Там же. С. 302–303.

[19] Прп. Нил Синайский. Там же. С. 303–311.

[20] Св. Иоанн Кассиан. Там же. С. 64–65.

[21] Св. Иоанн Кассиан. Там же. С. 68–69.

Иг. Нектарий (Морозов). Сребролюбие — грех недоверия Богу / Православие.Ru

Говорить о сребролюбии в наше время — это все равно, что описывать жару летом. Июльское пекло мучает всех, от него не скроешься. Есть, конечно, спасение от зноя — кондиционеры и вентиляторы, тень и холодная вода. Но солнцепек-то мало кто любит, а любовь же к «сребру» порою целиком захватывает сердце. И случиться такое может даже в случае, если «сребра» этого и нет в карманах любящего…

О том, что же такое грех сребролюбия, мы говорим сегодня с игуменом Нектарием (Морозовым).

— В современном российском обществе множество людей, которые живут на грани бедности. Как в такой ситуации вообще можно говорить о грехе сребролюбия?

— Грех сребролюбия заключается не в излишнем обладании сребром, златом, то есть материальными ценностями, а в любви к этим самым ценностям.

Человеку, чтобы жить на земле, необходимы многие вещи: пища, одежда, деньги, на которые это можно купить. Необходимо жилье, потому что мы не можем жить на улице. Бывает, что нужны и дорогостоящие врачебные услуги, лекарства. И это далеко не все…

Допустим, человек нуждается в хирургической операции. Будет ли в сердце оперируемого любовь к иголке, которая колет его в вену и вводит какое-то средство, блокирующее боль, к скальпелю, который режет кожу и дает возможность хирургу удалить воспалившийся аппендикс? Скорее всего, нет. Больной будет относиться и к иголке, и к скальпелю как к необходимому и перетерпит. Но совсем не так — с материальными благами, с деньгами, на которые можно приобрести потребное для жизни. Любовь к материальному оказывается для человека очень опасной. И очень страшной — тем более, что ее может испытывать как человек, ничего не имеющий, так и наоборот, обладающий многими сокровищами этого мира.

Что в данном случае значит «любить»? Это значит, что в ситуации, когда перед тобой встает выбор между тем, что ты любишь, и долгом, честью, милосердием, состраданием и, самое главное, желанием быть верным Богу, ты будешь выбирать то, что любишь, вот это самое «сребро». Ты не дашь его тому, кто в нем нуждается, ты затворишь свое сердце от того, кому плохо, и, чтобы умножить или удержать то, что у тебя есть, ты совершишь то или иное предательство по отношению к Богу. В этом и заключается самый главный вред сребролюбия.

Человек, конечно, существо многогранное, но когда он к чему-то обращен, то это значит, что от чего-то другого он отвращается. Обращенность к материальному обязательно отвращает от духовного. Как может подобная обращенность проявляться у богатого человека — наверное, понятно. У него — много попечений: как своим богатством распорядиться, как защитить его от тех, кто хочет это богатство расхитить, как разумнее его потратить, чтобы полностью не истощить, и как к нему что-то новое приложить. Естественно, что когда человек занят процессом приобретения или сохранения, то он постепенно понимает: успешность в этом зачастую сопряжена с некими безнравственными поступками. Когда у тебя много денег, к ним легко можно прибавить еще, отняв их у кого-то другого, у кого их меньше и кто не в силах их отстоять. Конечно, деньги можно просто заработать, но это гораздо труднее, чем отобрать. Поэтому, когда человек любит сребро, то он, скорее всего, будет его отнимать. А даже если он будет зарабатывать честно, перед ним все равно встанет ситуация выбора: платить или не платить налоги, платить или нет достойную зарплату людям, которые у тебя трудятся, и прочее. Конечно, если человек любит Бога больше, чем богатство, если он не мыслит своей жизни без если не Божиих законов, то хотя бы законов человеческой нравственности (хотя сегодня это понятие очень расплывчато), он скорее запомнится как человек добрый и справедливый. Но чаще бывает не так. Чаще человек, добившийся достатка, руководствуется в своих действиях, в своих поступках не любовью к Богу и не нравственными законами, а чем-то иным.

Если же у человека ничего нет, то его любовь к сребру и злату будет похожа на любовь человека, который втайне в кого-то влюблен, изнывает от страсти, но не может приблизиться к объекту своего вожделения. Он ревнует ко всем, кто к предмету его обожания приближается, страшно от этого страдает, мучается, завидует, злится — сердце его от этого чернеет. И потому человек, который любит деньги, но не имеет их, может считать, что вся жизнь его не удалась. Он думает, что несчастен. Просто он еще не знает, что, сколько бы ты ни имел денег, их все равно меньше, чем хотелось бы. Жажда денег увеличивается прямо пропорционально их количеству. Поэтому, когда священники говорят о необходимости бороться со страстью сребролюбия, они говорят именно об этом — о необходимости бороться с любовью к тому, что должно являться всего лишь навсего средством для достижения тех или иных целей.

— Лично я не знакома с богатыми людьми, поэтому поделюсь впечатлением о тех, кто, по Вашему выражению, влюблен безответно. Это зачастую напоминает болезнь, патологию. У людей, битых жизнью, перенесших тяжелые лишения, у ленинградских блокадников — у некоторых из них воды в дождливый день не допросишься… Но люди, собирающие тапочки без пары, тоже ведь больны сребролюбием?

— По поводу тапочек — да, это как раз сребролюбие как до неразумия доходящая любовь к материальному. Только я не соглашусь, что болезненные проявления этой страсти чаще всего заметны именно у тех, кто пережил какие-то лишения. Как раз наоборот, зачастую те, кто пережил голод и познал, что можно довольствоваться в жизни очень малым, бывают более щедрыми, чем люди, жившие в достатке. Порой именно эти люди делятся не только тем, что у них в избытке, но и тем, в чем они сами испытывают недостаток. Петербург, в том числе и блокадный Ленинград, никогда не был городом жадных людей. Хотя, конечно, бывает и так, что пережитые лишения, страдания приводят к определенному слому, психическому нездоровью, но это уже отдельная тема…

Есть в Отечнике такая поразительная история. Некогда преподобный авва Даниил, странствуя, остановился в одном селении, где к нему подошел совсем не богатый с виду человек и пригласил его в свой дом на ночлег. Человека этого звали Евлогий, он был каменосечцем — зарабатывал тем, что тесал камни. Заработанное за день тут же тратил — покупал что-то необходимое себе, а все остальное раздавал нищим, привечал странников. И так Евлогий понравился преподобному Даниилу, так его восхитил, что авва стал молиться Богу, чтобы Тот даровал каменосечцу большие блага, которые могли бы позволить благотворить гораздо большему количеству людей. Ответил Господь: «Не нужно это». Но авва упорствовал в своем прошении, и тогда Бог снова ответил: «Хорошо, Я исполню твою просьбу, но то, что последует за этим, целиком ляжет на твои плечи». И вот Евлогий нашел клад, уехал в другой город, поселился в дорогих палатах, куда на пушечный выстрел не подпускали ни одного бедняка и нищего. Был изгнан и авва Даниил, пришедший проведать своего знакомого. Тогда преподобный взмолился снова и стал просить прощения за свою неразумную молитву. В результате каменосечец все потерял, вернулся в свое селение, стал снова заниматься честным трудом и заботиться о нуждающихся, как и раньше…

Имение обладает потрясающей силой и властью. Вот, казалось бы, нет ничего — и ладно. А появляется что-то, и человек сразу за это цепляется. Нужно быть к себе внимательным, суметь уловить момент, когда сердце начинает срастаться с имением, и разрубать эту связь. Господь и Сам посылает ситуации, когда человек может эту страсть побороть естественным образом, но так бывает, что она, эта страсть, столь велика, что человек отметает все, что Богом посылается…

— Но ведь чем больше отдаешь, тем больше возвращается! Однако на это корыстно рассчитывать ни в коем случае нельзя…

— Да, если человек решает именно из таких побуждений и с такими целями отдавать кому-то то, что имеет, он должен быть готов к тому, что цель эта может остаться недостижимой.

— И еще один закон: если у тебя в кармане 20 копеек, с ними расстаться гораздо проще, чем с двадцатью рублями.

— Да, ведь ты уже начинаешь рассчитывать на них, планировать, что на них купишь, и вдруг их у тебя кто-то просит… И с ними очень трудно расстаться. Но! Не всегда и надо расставаться, на самом деле. Вопрос в том, кто просит, зачем просит и почему просит.

Апостол Павел говорил, что наш избыток должен служить в восполнение чьего-то недостатка (2 Кор. 8, 14). С нас спросится не по тому, чего мы не имеем, а по тому, что у нас есть. Да, были подвижники, которые настолько пренебрегали любым имением, что, глядя на них, кажется, что они жили за гранью — не только общечеловеческой, но даже и общехристианской нормы. К примеру, праведный Филарет Милостивый раздавал все, а у него была достаточно большая семья, которая тоже нуждалась в пропитании. И члены его семьи находились в том состоянии, что уже им надо было что-то давать. В конце концов Господь возвратил святому Филарету все сторицей: его дочь стала супругой императора. Был и такой удивительный подвижник схиархимандрит Виталий (Сидоренко) из Тбилиси, который постоянно раздавал все, что у него появлялось. Сначала он жил в келье в горах, и понятно, что там у него ничего не было. А потом он переселился в город, и ему дарили то одеяло, то ботинки, то еще что-то — он все раздавал и очень плакал: «Я им говорю: раздавайте, раздавайте! Они мне тащат…». Но такие подвиги — из ряда вон выходящие. У преподобного Варсонофия Великого даже есть такой совет: когда приходит к тебе кто-то и просит у тебя что-либо, а тебе самому это необходимо, ты имеешь право отказать. Потому что если человек может расстаться с чем-то и не терзаться, расстаться и не причинить неудобства своим близким, которые вместе с ним имеют права на это имущество, то отдать можно. Если же ты отдаешь последнее, ты обязательно должен подумать о тех, кто находится рядом с тобой, и о том, что потом будешь делать ты. Потому что если ты отдашь последнее и пойдешь сам у кого-то просить в свою очередь, то вряд ли в этом будет смысл.

Но бывают, конечно, и такие в жизни ситуации, когда необходимо отдать и последнее. Человек с живой совестью это сам, как правило, видит и знает.

— Многие оправдывают грех сребролюбия наличием семьи и обязательств перед ней. Как семьянину, обремененному заботами, различить, где норма, а где он уже увлекается обеспечением материальными средствами своих чад и домочадцев?

— Если у человека большая семья, он действительно должен много работать, трудиться, чтобы ее обеспечить. И это будет не сребролюбием, а исполнением долга по отношению к тем, кто от этого человека зависит в материальном плане. Другое дело, когда человек не может заработать столько, сколько он хотел бы, не получается по каким-то причинам — и не должно у него быть никакой печали от этого, нельзя впадать из-за этого в уныние, переставать стремиться к Богу. Хотя если дети от голода плачут, то в лепешку надо расшибиться, а заработать…

— А если дети и жена хотят чего-то сверх нужного, сверх насущного? Допустим, роликовые коньки или новую машину? А глава семьи их любит и не может отказать в удовлетворении этих желаний?

— В любой семье я бы советовал мужу и жене определиться в том, что такое «любит», в чем это должно выражаться: в приобретении материальных благ или в том, чтобы быть вместе и от этого испытывать счастье — даже без коньков и машины. Испытывать счастье от того, что супруги близки, друг друга понимают, радуются тому, что у них есть, и терпят, если у них чего-то нет.

Критерий нормы и тут — тот же. Если человек видит, что то, что он хотел бы иметь, его захватывает и порабощает, значит, здесь что-то не так. Допустим, человек стремится к радости от обладания чем-либо. Жизнь, положенная на достижение этого, оказывается обедненной положительными эмоциями, покоем, элементарной возможностью отдохнуть. И когда цель достигнута, радости нет. Получается, что человек сам себя обманывает. Это все равно, что повесить перед мордой ослика морковку — чем быстрее он за ней будет гнаться, тем быстрее она от него будет убегать — так как-то раз очень точно выразился архимандрит Рафаил (Карелин) в одной из своих проповедей. Желание обладать неутолимо, его невозможно удовлетворить до конца. Сначала ты хочешь иметь что-то нужное, потом — лучшее, чем у тебя есть, потом — лучшее, чем у других, и так далее.

Для человека естественно и непредосудительно желать, чтобы у него было необходимое, при этом — хорошего качества. Но весь вопрос в том, какую цену надо за это заплатить. Нельзя, чтобы этой ценой стала вся жизнь, сердце человека, весь человек. Приобретаем ли мы, чтобы жить, или живем, чтобы приобретать. Ответ расставляет все по своим местам. Если человек живет ради того, чтобы приобретать, в его сердце произошла подмена. Средство вдруг стало целью, а цель — средством.

Владимир Фаворский. «Скупой рыцарь». Из серии гравюр к «Маленьким трагедиям» А.С. Пушкина. 1959–1961 гг.     

— Сегодня обладание чем-либо сделалось вопросом престижа или приличия. Если у тебя нет крутого телефона, это уже неприлично. И подобное начинается с самого детства — если в пору моего взросления вопросы о «годности» человека мы решали в детских соревнованиях, то сейчас все зависит от марки планшета, который тебе купил папа… В чем причины такого явления?

— Тут множество причин, но главная — одна. Сегодня утрачивается представление о человеческой личности. Причем не только чьей-то, но и своей собственной. Человек утрачивает ту глубину, которая должна быть ему присуща, ту полноту жизни, которую должен иметь. Иными словами, у современного человека слишком мало чего есть за душой. И поэтому, не имея чем дорожить внутри себя, он пытается составить впечатление о себе самом с помощью того, чем он обладает в материальном плане. И естественно, тот, кому удается чем-то обладать, этим тщеславится. А тот, у которого ничего нет — и за душой тоже, — от этого страдает: чувствует себя обиженным, угнетенным и оскорбляемым.

— Каким образом ребенку привить правильное отношение к вещам?

— Нужно дать ребенку то, что будет для него важнее имущества. То, что позволит ему чувствовать себя состоявшимся человеком, невзирая на то, есть ли у него возможность купить жене машину или нет.

Мы знаем людей, которые живут в тяжелых бытовых условиях и которые с завистью смотрят на обладателя лимузина, обдавшего его грязной водой из лужи. И этим людям невдомек, что этот обладатель лимузина, имеющий несколько миллионов условных единиц, страдает и мучается, глядя на какого-нибудь олигарха с футбольным клубом, самолетом и яхтой. А тот мучается, глядя так же на кого-то еще… Наверное…

— Мы знаем, что мать всех грехов — гордыня. И если бы мы все научились смиренно доверять Богу, то жизнь наша была бы иной… Мне кажется, что сребролюбие — это тоже родственник многих грехов. К примеру, жадный человек не может быть добрым. Так это или нет?

— Изначально сребролюбивый человек может быть добрым, но постепенно, с развитием страсти, в нем угасают добродетели. Ведь человек — это существо, зависящее от навыка. Если мы дважды отказали кому-то в помощи, трижды, четырежды, то так от нашей доброты ничего постепенно не останется. Мы поначалу мучаемся — хочется дать, но больше хочется не давать. Человек так устроен — он старается свои страдания минимализировать. И потому мы учимся не давать, не страдая. Для этого нужно ожесточить свое сердце, закрыть его, чтобы никто до него достучаться не мог. «Никто» — не только люди, но и Бог. Ведь отчего человек страдает? Оттого, что совесть его укоряет. А это не только совесть, но и Ангел-хранитель, и Сам Господь, Который стучится в сердце. И для того, чтобы не дать чего-то кому-то, человек должен научиться не слышать Бога, не реагировать на Его призыв.

Сребролюбие — это и есть грех недоверия Богу. Почему человек так лихорадочно хочет что-то стяжать? Потому что в этом полагает надежду на свое благополучие. Пока человек не надеется на имение, а надеется на Господа, он Им по жизни и ведом. А когда человек ставит во главу угла имущество, имение, то тогда все кардинально меняется, тогда он постепенно становится чужим Богу.

— А как бороться со сребролюбием? Ведь в той или иной степени оно живет в сердце каждого из нас…

— Господь об этом заботится, причем самыми разными способами. Вот мы потеряли кошелек с деньгами — это средство побороть свое сребролюбие. Вместо того, чтобы метаться и переживать по этому поводу, надо сказать: «Ну что ж, Бог учит меня безболезненно расставаться с деньгами». Если приходится отдавать что-то, что нам самим бы пригодилось, значит, Господь нас учит и любви, и подавлению страсти сребролюбия.

Вообще, когда человек начинает что-то отдавать, постепенно у него вырабатывается навык к этому, очень важный. Святитель Иоанн Златоуст говорил, что если тяжело отдавать нужное, то надо начать отдавать хотя бы то, что не нужно. И навык начнет вырабатываться, постепенно приучишься и делиться последним. Но важно в этом случае, отдавая ненужное, не говорить о себе: какой же я хороший, остановлюсь-ка на этом, пожалуй! Есть среди российских чиновников люди — не буду говорить, что все, — которые привыкли брать. И когда им нужно что-то отдать, с ними начинает твориться невообразимое — ломка, как у наркомана. Приходилось наблюдать чувство глубочайшего недоумения на их лицах в такой момент: Как так! Отдавать?! Причем отдавать не для того, чтобы получить, а просто так. И многие оказываются к этому неспособными. Правда: все дело — в навыке.

Журнал «Православие и современность» № 26 (42)

Беседовала Наталья Волкова

Что такое страсть сребролюбия?

Иеродиакон Агафангел (Давлатов) 27.12.2017 9362

Откуда появилось слово «страсть» и какие страсти не являются греховными? В статье Вы не только найдете ответы на эти вопросы, но и подробно узнаете о страсти сребролюбия, ее разнообразных подвидах, о том, как еще называется этот грех в Ветхом и Новом Завете и какие определения страсти даются святыми отцами Церкви.

Содержание:

  • Общее понятие «страсть» в святоотеческой традиции
  • Определение страсти сребролюбия
  • По Священному Писанию
  • По трудам святых отцов и подвижников благочестия
  • Общее понятие «страсть» в святоотеческой традиции

    Русское слово «страсть» исходно означает «страдание», поэтому в отношении к христианству это слово нередко употребляется в значении «мученичества» (например, Страсти Христовы). В то же время слово «страсть» служит для перевода греческого термина πάθος (от глаг. πάσχω— страдать и лат. passio — претерпевание, страдание, страсть), который исходно означает не только страдание, но и претерпевание в самом широком смысле ― быть объектом некоторого внешнего действия или состояние предмета, который испытывает влияние со стороны чего-либо другого.

    В православном понимании страсть является плодом сотрудничества человека с диаволом и возникает путем сознательного извращения своего естества и своих естественных потребностей[1]. Так, свт. Василий Великий говорит, что страсть — это болезнь души[2], а прп. авва Исайя в дополнение свт. Василию замечает, что страсти — это болезни души, отдаляющие ее от Бога[3].

    По свидетельству епископа Немезия, определение страсти выражается в сильном и длительном желании удовлетворении желаемого, а согласно свт. Григорию Нисскому страсть выражается в желании, которое управляет разумом, под которым подразумевается дух[4].

    Ограниченность человеческой природы определенным образом имела место даже в раю, но в полной мере проявилась после грехопадения прародителей.

    Проявление страстей в человеческой природе происходит в определенных условиях. В первозданном состоянии человек пребывал в непрерывном богообщении и поддерживал свои жизненные силы прежде всего благодатью Божией, а после грехопадения человек стал жить «собственным своим естеством»[5]. Человек как существо не самодостаточное, сотворенное, изменчивое и ограниченное, не в силах восполнить свою ограниченность и ущербность, и поэтому подвергается страданию[6].

    По учению Церкви, принято подразделять страсти на естественные и противоестественные. Естественные страсти (τάκατάφύσινπάθη) — это «страдательные состояния человека»[7], которые возникли после грехопадения и проявились в ограниченности (смертности, тленности) человеческой природы. К числу естественных страстей относятся такие потребности человека, как потребность в пище, сне, отдыхе, жилище, одежде и др. Это есть естественные потребности, которые не являются греховными. Их еще называют неукоризненными или безупречными страстями (греч. πάθη ‘αδιάβλητα).

    Согласно свт. Иоанну Златоусту, ограниченность человеческой природы определенным образом имела место даже в раю[8], но в полной мере проявилась после грехопадения прародителей. Когда «они лишились покрова бессмертия, отнята была одежда славы, обнажилось тело и осталась уже одна земля»[9].

    Противоестественные же страсти (τάπαράφύσινπάθη) — это греховные состояния, возникающие в результате неправильного использования природных свойств и естественных страстей человека против божественного замысла, только ради получения греховных удовольствий. Святые отцы называют их еще и укоризненными, и нижеестественными страстями.

    В святоотеческой и церковной литературе под словом «страсть» или «страсти» часто подразумеваются именно противоестественные греховные страсти[10].

    Любая греховная страсть препятствует человеку быть в духовном единении с Богом[11]. Следовательно, для исцеления души от этого недуга необходимо очистить свое сердце от страстей, которые и препятствуют духовному единению с Богом, затмевают сокрытые добродетели в человеческой душе.

    В святоотеческой литературе с IV века принято выделять восьмичастную систему греховных страстей (чревоугодие, блуд, сребролюбие, гнев, печаль, уныние, тщеславие и гордость). Эту систему применяли великие подвижники Церкви, такие как прп. Ефрем Сирин (IV в.), Евагрий Понтийский (IV в.), прп. Иоанн Кассиан Римлянин (V в.), прп. Нил Синайский (V в.), прп. Иоанн Дамаскин (VIII в.), прп. Петр Дамаскин (XII в.), свт. Феодор Едесский (IX в.), Григорий Синаит (XIV в.) и др[12].

    В свою очередь, некоторые святые отцы, такие как свт. Григорий Назианзин (IV в.), прп. Иоанн Лествичник (VI в.) и др. насчитывают семь страстей, объединяя тщеславие и гордость[13].

    Различие главных страстей среди множества других имеет немаловажное практическое значение в борьбе с ними.

    Перечисленные страсти являются главными, и у святых отцов они называются производителями всякого зла, корнями всех остальных страстей и возбудителями всякой другой греховной склонности к страсти[14].

    Различие главных страстей среди множества других имеет немаловажное практическое значение в борьбе с ними: оно определяет порядок действия и главные объекты этой борьбы — основные страсти, из которых, как от корня вырастают другие. Побеждением главных страстей наносится поражение остальным[15].

    Святые отцы, подробно рассматривая греховные человеческие страсти, замечают более тонкие различия и указывают на связи и взаимодействия между ними, при этом, объединяя их по тем или иным признакам. Так, например, прп. Иоанн Кассиян Римлянин страсти группирует следующим образом: чревоугодие и блуд — это телесные страсти; сребролюбие, гнев, печаль и уныние — это душевно-телесные страсти, а тщеславие и гордость — это душевные. Другие страсти могут противостоять телесным и душевно-телесным, то есть умаление одних может приводить к росту других.

    В восьменичной системе страстей образуются между собой четыре причинно-следственные пары: чревоугодие — блуд, сребролюбие — гнев, печать — уныние, тщеславие — гордость. Борьба с причинными страстями позволяет искоренить или предотвратить развитие и последствия этих страстей.

    В святоотеческом наследии встречаются и другие варианты систематизации страстей. Например, авва Дорофей говорит о трех важных страстях, из которых происходит все многообразие других. Согласно его учению, главные страсти — это самолюбие, сребролюбие и славолюбие: «все отцы говорят, что каждая страсть рождается от этих трех: от славолюбия, сребролюбия и славолюбия»[16].

    Авва Фалласий учит, что в основании всех греховных страстей находятся три помышления: чревоугодие, тщеславие и сребролюбие, но в основном — себялюбие: «себялюбие — начало страстей»[17].

    Прп. Максим Исповедник, группируя страсти, различает среди них телесные и душевные: «Первые происходят от желаний тела, а вторые — от раздражительной и желательной части души, и вызываются внешними предметами»[18].

    Страстью сребролюбия в самом широком смысле обозначается любая привязанность человека к вещественным благам видимого мира.

    Таким образом, греховные страсти возникают путем извращения свойств человеческого естества, которые направляются на реализацию ложных смыслов и достижение ошибочных целей. На этот путь человек становится вследствие отвращение от Бога или от неведения Его, а также от соблазна получить удовольствие от действия греха при содействии диавола. Если же человек поддается греховному соблазну, то, совершая грех, он повреждает свою природу. Когда же одни и те же грехи повторяются многократно, то природа искажается и образуется греховная страсть[19].

    Определение страсти сребролюбия

    Сребролюбие (греч. φιλαργυρία) — это наименование страсти в собирательном значении, которое включает в себя такие грехи как любостяжание, корыстолюбие, жадность, скупость, мшелоимство, лихоимство, своекорыстие, порочную выгоду, эгоистичную пользу, алчность, спекулянтство и пр. Каждое из перечисленных определений является родственным, имеет одно онтологическое основание и при этом выражает конкретное проявление страсти сребролюбия.

    Таким образом, страстью сребролюбия (или как ее еще часто называют ― любостяжание) в самом широком смысле обозначается любая привязанность человека к вещественным благам видимого мира — не только к деньгам, но и к одежде, предметам быта, комфорту и т.д. В узком смысле — ненасытность в стяжании денег и имущества.

    Человек, одержимый этой страстью, берет или желает брать не только необходимое, но и многое другое со значительным избытком для услаждения своих греховных страстей, независимо от реальных своих потребностей.

    По Священному Писанию

    В тексте Священного Писания страсть сребролюбия представлена описательно, как круг определенных и взаимосвязанных страстных действий души. Термин сребролюбия (греч. φιλαργυρία) встречается в Ветхом и Новом Завете в различных контекстах. Из совокупности имеющихся цитат Священного Писания можно выявить несколько проявления этой страсти, генетическое родство и преемственность с другими страстями, ее разрушительное влияние на жизнь человека и его спасение.

    Страсть сребролюбия настолько многовидна, что Священном Писании (согласно греческому тексту Ветхого Завета Septuaginta[20] и Нового Завета Novum Testamentum Graece[21]) ее проявления обозначаются несколькими словами: собственно, словом сребролюбие (φιλαργυρία)[22], а также любостяжание (πλεονεξία)[23]и корыстолюбие (αἰσχροκέρδεια)[24]. В греческом тексте встречаются и другие слова, которые переводчики Синодального текста перевели как корыстолюбие, но таких слов совсем немного: (Пс. 9:24), где в LXX находится ὁ ἀδικω̃ν — т.е. нечестивый или неправедный и (Притч. 15:27) в LXX используется ὁ δωρολήμπτης — т.е. взяточник[25].

    Сребролюбие есть корень всех зол: подчинившись этой страсти и взрастив ее в своем сердце, человек с легкостью взрастит и многие другие производные от нее грехи.

    При уяснении различных аспектов данной страсти, важно учитывать ее библейский контекст.

    Термин сребролюбие впервые встречается у апостола Луки в адрес фарисеев, которые будучи сребролюбивы смеялись над словами Спасителя о невозможности совмещения служения Богу и мамоне (Лк. 16:13-14). Следовательно, Сам Господь отвергает возможность совмещения служения Богу со служением серебру или деньгам, или всякому материальному обогащению. Получается, что сребролюбие— это нарушение второй заповеди, идолопоклонство в чистом виде, поклонение «золотому тельцу»: «Нельзя служить Богу и мамоне», то есть богатству.

    Апостол разъясняет эту опасность и говорит, что «корень всех зол есть сребролюбие, предавшись которому, некоторые уклонились от веры и сами себя подвергли многих скорбям» (1 Тим. 6:10). Поэтому апостол Павел в первом пастырском послании к апостолу Тимофею говорит, что епископ не должен быть сребролюбив (ἀφιλάργυρον) (1 Тим. 3:3).

    Повсеместное сребролюбие будет свидетельством последних времен: люди будут «самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям не покорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны» (2 Тим. 3. 2).

    И последнее место, где встречается термин сребролюбие в Новом Завете — это послание к Евреям, где апостол Павел призывает избранный народ Божий иметь «нрав несребролюбивый (ἀφιλάργυρος), довольствуясь тем, что есть. Ибо Сам сказал: не оставлю тебя и не покину тебя» (Евр. 13:5).

    Как следует из рассмотренных примеров Священного Писания, слово сребролюбие (φιλαργυρία) используется для обозначения служения «мамоне» (μαμωνάς), т.е. богатству, золоту и материальным благам. Кроме этого, сребролюбие есть корень всех зол, т.е. подчинившись этой страсти и взрастив ее в своем сердце, человек с легкостью взрастит и многие другие производные от нее грехи.

    Другой термин для описания страсти сребролюбия — это любостяжание (πλεονεξία). Это слово также, как и φιλαργυρία, встречается только в Новом Завете и совсем не часто.

    Евангелист Лука приводит следующие слова Спасителя: «Смотрите, берегитесь любостяжания (πλεονεξίας), ибо жизнь человека не зависит от изобилия его имения» (Лк. 12:15). Если же в человеке господствует страсть любостяжания, то вся жизнь человека подчиняется одной цели — приобретению (стяжанию) материальных благ.

    Во втором послании апостола Петра о лжепророках, которые были любостяжательны, говорится следующее: «И из любостяжания будут уловлять вас льстивыми словами; суд им давно готов, и погибель их не дремлет» (2 Петр. 2:3). В этом месте апостол сообщает, что из-за своего любостяжания, а, следовательно, из-за жадной ненасытимости в приобретения всего и побольше, лжепророки всячески будут стараться уловить своих слушателей. В этой же главе апостол Петр уже в адрес беззаконников и идущих вслед скверных похотей плоти указывает на то, что «глаза у них исполнены любострастия и непрестанного греха; они прельщают неутвержденные души; сердце их приучено к любостяжанию: это сыны проклятия» (2 Петр. 2:14). Апостол свидетельствует о великой пагубности данной страсти, говоря о том, что у сынов проклятия сердце приучено, т.е. привыкло к любостяжанию.

    В послании к Ефесянам апостол Павел пишет: «А блуд и всякая нечистота и любостяжание не должны даже именоваться у вас, как прилично святым» (Еф. 5:3). Именование любостяжания, как и блуда и прочей нечистоты, апостол резко порицает, не говоря уже о состоянии нахождения в подчинении перечисленным грехам.

    Следующие два стиха из посланий святого апостола Павла называют грех любостяжание идолослужением: «Ибо знайте, что никакой блудник, или нечистый, или любостяжатель, который есть идолослужитель (ειδωλολάτρης), не имеет наследия в Царстве Христа и Бога» (Еф. 5:5) и «умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание, которые есть идолослужение (ειδωλολατρία)» (Кол. 3:5). В контексте двух эти высказываний апостол Павел наряду с другими грехами призывает искоренять любостяжание, потому что его наличие заграждает путь в Царствие Божие.

    Воспрещается быть корыстолюбивым в отношении брата, а, следовательно, и в отношении любого верующего или кого бы то ни было.

    Еще в Ветхом Завете Господь даровал через пророка Моисея всему народу израильскому Свои Заповеди, где вторая из них воспрещает делать себе кумиров и разных идолов на земле. Идол — это обожаемый объект поклонения, замещающий Единого Бога. Это категорически воспрещается Господом, а, следовательно, сравнение греха любостяжания с идолослужением непременно указывает на полное противопоставление служение богатству, материальному благу (как идолу) — служению Богу.

    Третий, и последний, синоним слова сребролюбия (φιλαργυρία) согласно Священному Писанию, это грех корыстолюбия (αἰσχροκέρδεια). Несколько раз это слово встречается в Ветхом и Новом Завете. Примечательно то, что в Синодальном переводе библии русским словом корыстолюбие переводилось не только греческое слово αἰσχροκέρδεια, но и некоторые другие греческие слова. Так, например, в Псалтири: «Ибо нечестивый хвалится похотью души своей; корыстолюбец (ὁ ἀδικω̃ν) ублажает себя» (Пс. 9:24). Греческое слово ὁ ἀδικω̃ν, что скорее обозначает неправедного или нечестивого, здесь переведено как корыстолюбец.

    Интересен еще один стих: «Ἐξόλλυσιν ἑαυτὸν ὁ δωρολήμπτης ὁ δὲ μισω̃ν δώρων λήμψεις σώ̨ζεται» (Притч. 15:27), который в тексте Синодального перевода звучит так: «Корыстолюбивый расстроит дом свой, а ненавидящий подарки будет жить» (Притч. 15:27). Хотя, если переводить дословно с греческого оригинала, звучит так: «Взяточник полностью погибнет (сам себя уничтожит), а ненавидящий принятия подарков спасется» (Притч. 15:27). Как видно, греч. ὁ δωρολήμπτης переводчики перевели как «корыстолюбивый».

    В Новом Завете слова о корыстолюбии встречаются в Апостольских посланиях. Святой апостол Павел в послании к Римлянам о грешниках, согрешивших неестественными грехами, говорит следующее: «Они исполнены всякой неправды, блуда, лукавства, корыстолюбия (πλεονεξία̨), злобы, исполнены зависти, убийства, распрей, обмана, злонравия» (Рим. 1:29). Здесь этот грех стоит в ряду других страшных грехов.

    В другом послании апостол Павел, говоря в чем состоит воля Божия о христианах, живущих в Фессалониках, заявляет: «Чтобы вы ни в чем не поступали с братом своим противоречиво и корыстолюбиво (πλεονεκτει̃ν)[26]: потому что Господь — мститель за все это, как и прежде мы говорили вам и свидетельствовали» (1 Фес. 4:6). Воспрещается быть корыстолюбивым в отношении брата, а следовательно, и в отношении любого верующего или кого бы то ни было.

    В пастырском послании к апостолу Тимофею, святой Павел пишет, что епископ должен быть «не пьяница, не убийца, не сварлив, не корыстолюбив (πλήκτην)[27], но тих, миролюбив, не сребролюбив (ἀφιλάργυρον)» (1 Тим. 3. 3). Тоже он о качествах епископа пишет в послании и к апостолу Титу: «Ибо епископ должен быть непорочен, как Божий домостроитель, не дерзок, не гневлив, не пьяница, не убийца, не корыстолюбец (αἰσχροκερδη̃)[28]» (Тит. 1:7). И в отношении диаконов апостолу Тимофею, святой апостол Павел подтверждает тоже самое: «Диаконы также должны быть честны, не двоязычны, не пристрастны к вину, не корыстолюбивы (αἰσχροκερδει̃ς)» (1 Тим. 3:8).

    Итак, из текста Священного Писания, следует, что для обозначения страсти сребролюбия используется в основном три термина: сребролюбие (φιλαργυρία), любостяжание (πλεονεξία) и корыстолюбие (αἰσχροκέρδεια). Рассматривая контекст употребления обозначенных слов видно, что в основном они схожи по значению. Господь предостерегает своих учеников от этой страсти (Лк. 12:15), ею были больны фарисеи (Лк. 16:14) и лжепророки (2 Петр. 2:14), она не совместима со служением Богу (Лк. 16:13), она является корнем всех зол (1 Тим. 6:10), идолослужением (Еф. 5:5; Кол. 3:5), не прилична христианам (1 Фесс. 4:6; (Еф. 5:3), не должна быть у епископов (1 Тим. 3:3; Тит. 1:7) и диаконов (1 Тим. 3:8) и не должна даже именоваться среди христиан (Еф. 5:3). Наличие данной страсти среди людей, как и гордость, блуд, надменность, злоречие и неблагодарность является признаком последних времен (2 Тим. 3:2). Ко всему прочему, Священное Писание говорит, что человек с этой страстью не сможет наследовать Царствие Божие (Еф. 5:5).

    По трудам святых отцов и подвижников благочестия

    Сребролюбие как страсть, заставляющая человека становиться рабом материальных благ, духовно и физически разрушаться под действием тлетворного воздействия вожделения богатства, получила широкое объяснение в трудах святых отцов и подвижников благочестия.

    Наиболее часто встречаемое в святоотеческой и аскетической духовно-назидательной литературе определение сребролюбия проистекает из слов святого апостола Павла, который именует эту страсть идолослужением (см.: Кол. 3:5-6 и Еф. 5:3,5).

    Из ранних святых отцов, кто более точно подтверждает и объясняет слова святого апостола Павла о сребролюбии как поклонении идолу, выделяется прп. Иоанн Кассиан Римлянин (IV-V вв.): «апостол называет ее идолослужением, потому что, оставив образ и подобие Божие (которое благоговейно служащий Богу должен сохранять в себе чистым), хочет вместо Бога любить и хранить изображения людей, запечатленные на золоте»[29].

    Как пьяные, чем больше вливают в себя вина, тем большей распаляются жаждой, так и сребролюбцы никогда не могут остановить своей неукротимой страсти.

    Подобным образом определял эту страсть и прп. Иоанн Лествичник (VI в.): «Сребролюбие есть поклонение идолам, дщерь неверия, извинение себя своими немощами, предсказатель старости, предвозвестник голода, гадатель о бездождии»[30]. Прп. Иоанн Лествичник, как и другие подлинные подвижники, аскеты и собеседники Святого Духа отождествлял сребролюбие с поклонением идолам неслучайно, его назидание произрастает из личного наблюдения и опыта построения духовной жизни тех людей, наставникам которых он являлся.

    В XIX в. актуальность приведенного выше определения подчеркивал свт. Игнатий (Брянчанинов). Он говорит: «Священное Писание называет сребролюбие идолослужением: сребролюбие переносит любовь сердца (в вере и надежде) от Бога к деньгам, соделывает деньги Богом, — истинного Бога уничтожает для человека. У сребролюбца нет Бога. Бог сребролюбца — капитал его»[31].

    Следующее понятие, и одновременно разновидность, страсти сребролюбия — это корыстолюбие, которое определяется как стремлением к личной выгоде, наживе и жадность.

    Свт. Иоанн Златоуст, сравнивая страсть сребролюбия с пьянством, замечает, что как пьяные, чем больше вливают в себя вина, тем большей распаляются жаждой, так и сребролюбцы никогда не могут остановить своей неукротимой страсти, но «чем более возрастает их имущество, тем сильнее разжигаются они корыстолюбием и не отстают от этой страсти, пока не низринутся в самую бездну зла»[32].

    Свт. Василий Великий рассуждая о сребролюбии, также именует эту страсть как корыстолюбие: «побежденный малой корыстью, однажды приняв в свое сердце корень вожделения, тотчас воспламенился жаром большего пожелания»[33]. В другом месте, говоря о пагубности страсти сребролюбия на примере первых христиан Анании и Сапфиры, свт. Василий использует тот же термин: «Даже те, которые хотят собирать деньги, коих никогда не имели, и, выказывая перед людьми нищету, перед Богом оказываются богатыми по страсти корыстолюбия?»[34]

    Свт. Тихон Задонский, свидетельствуя о главном свойстве корыстолюбия, ненасытности в своих желаниях, опять же подразумевает под ней страсть сребролюбия: «Даже звери, насытившись, более не устремляются на животных, а корыстолюбцы никогда насытиться не могут, но всегда алчут и жаждут чужого добра и чем более собирают, тем более желают и похищают»[35].

    Свт. Феофан Затворник грех корыстолюбия определяет так: «корысть есть ненасытимое желание иметь, или искание и стяжание вещей под видом пользы, затем только, чтоб сказать об них «мои»[36]. Свт. Феофан указывает на важное свойство корыстолюбия — «иметь своим», т.е. сильное желание обладать чем-либо.

    Прот. Сергий Филимонов говорит, что особенность корыстолюбия, как и сребролюбия вообще — в ее ненасытимости: чем больше человек приобретает, тем больше хочет и тем жаднее и скупее становиться.[37]

    Еще одним термином, обладающим объемом понятия аналогичным сребролюбию, служит любостяжание.

    Отец и учитель Церкви свт. Василий Великий о сребролюбии, называя его любостяжанием, говорит так: «В чем состоит любостяжание? В том, что преступается предел закона, и человек больше заботится о себе, чем о ближнем»[38].

    К следующей разновидности страсти сребролюбия относится грех мшелоимства. Мшелоимство — это страсть к собиранию имущества, стяжание и накопительство излишних, ненужных вещей, а также мздоимство и др[39].

    Мшелоимство — это стяжание ненужных для человека вещей, когда они от долгого хранения и бездействия как бы покрываются мхом.

    Прп. Лев Оптинский об этом грехе так пишет следующее: «Что же касается вещелюбия и мшелоимства (сиречь излишества различных вещей), то сия немощь, по рассуждению святых отцев, горше и пребедственнее сребролюбия».

    Свт. Игнатий (Брянчанинов) замечает, что новоначальным инокам не следует «заводить в келии мшелоимства, то есть различных предметов прихоти и роскоши. Келейное мшелоимство привлекает к себе ум и сердце новоначального: таким образом отвлекает их от Бога. Кроме того, оно возбуждает мечтательность, противодействующую преуспеянию духовному»[40].

    Прот. Павел Гумеров, задавая вопрос «что такое мшелоимство, про которое читается в исповедальной вечерней молитве?», сам на него отвечает, что мшелоимство — это стяжание ненужных для человека вещей, когда они от долгого хранения и бездействия как бы покрываются мхом. Этим грехом могут страдать и люди весьма бедные, приобретая и скапливая посуду, одежду, любые другие предметы, заполняя ими все шкафы, полки и кладовки, и часто даже забывая, что где лежит[41].

    Прот. Сергий Правдолюбов об этимологии греха «мшелоимства» повествует, что один старый батюшка объяснял происхождение этого слова от прилагательного «замшелый» — поросший мхом: заплесневелый хлеб в хлебнице, старое молоко в холодильнике, прогорклая крупа, которую хранили «на черный день», старые ненужные вещи — всякое бессмысленное и разорительное накопительство в духе Плюшкина[42]. Следовательно, от мшелоимства и происходит замшелость ненужных собранных предметов. Этот грех, как и грех корысти и другие грехи страсти сребролюбия, бывает не только у богатого, но и у бедного человека.

    Еще одной разновидностью страсти сребролюбия, а для некоторых и синонимом, является скупость, которую следует охарактеризовать как чрезмерную бережливость и стремление всячески избегать каких-либо расходов[43].

    Свт. Иоанн Златоуст в своих красноречивых проповедях о страсти сребролюбия заявляет: «Сребролюбие не в том только, чтобы любить множество денег, но и вообще в любви к деньгам. Желать более, чем нужно, — великое сребролюбие. Разве таланты золота склонили предателя? Всего тридцать сребреников; за тридцать сребреников он продал Владыку»[44]. Свт. Иоанн Златоуст при определении исследуемой страсти обращает внимание на главное свойство сребролюбия — это, прежде всего, сильная любовь к деньгам, т.е. извращенное свойство любви, в которой правильная любовь к Богу и ближнему обращена на самого себя, на жадное приобретение себе чего-либо, в данном случае денег.

    Встречаются и более пространные и образные определения сребролюбия. Прп. Исидор Пелусиот, живший в V веке, этот порок сравнивает со зверообразной, огнедышащей женщиной, у которой вместо волос на голове тысячи змей, непрестанно шипящих и извергающих смертоносный яд, и тысячи у нее рук с когтями, которыми она одних терзает, в других бросает стрелы, а у третьих вырывает деньги. Святой говорит, что она льстит, раболепствует, обманывает, не уважая никого, не внимает ни просьбам, ни воздыханиям, ни сетованиям, ни ругательствам. Она «все берет, всех грабит, никогда не насыщается, но множество собираемого обращает в пищу шире и шире разводимому огню и окончание того, что взято, делает началом того, чтобы брать еще»[45]. Таким образом, святой Исидор, основываясь на проявлениях страсти сребролюбия, выстраивает свое видение определения этого недуга.

    Церковный мыслитель XIX века — архимандрит Фотий (Спасский) так определяет страсть сребролюбия: «сребролюбие — это несытое желание умножать имение и приобретать деньги каким бы то ни было способом»[46].

    В другом месте свт. Иоанн Златоуст сравнивает страсть сребролюбия, в аллегорическом смысле, со страшной алкогольной зависимостью: «сребролюбие есть ненасытное пьянство, и как пьяные, чем больше вливают в себя вина, тем большею распаляются жаждою, так и эти (сребролюбцы) никогда не могут остановить этой неукротимой страсти, но чем более видят возрастание своего имущества, тем сильнее разжигаются они корыстолюбием и не отстают от этой злой страсти, пока не низринутся в самую бездну зла»[47]. В этом высказывании святителя видно губительное действие увлечения сребролюбием, невозможность удовлетворения его потребностей и гибель души человека для вечной жизни.

    Прп. Фалласий перефразируя слова апостола Павла о сребролюбии как о корне всех зол (см.: 1 Тим. 6:10) говорит, что сребролюбие есть «пища страстей, поскольку она поддерживает и растит всеобъемлющую самоугодливую похоть»[48]. Подобным образом эту страсть характеризует и прп. авва Исайя: «Любостяжание — злая мать всех зол»[49].

    Святые отцы и подвижники благочестия определяют страсть сребролюбия также как и лихоимство. Грех лихоимства — это грех присвоения чужого и мздоимства (давать деньги в рост, неправедное приобретение, участие в лотереях, игра на бирже и прочее). Ранее, на Руси, лихоимцами называли ростовщиков. Греху лихоимства всегда сопутствует скупость и сребролюбие.

    Любостяжание — злая мать всех зол.

    Прп. Исаак Сирин грех любостяжания называет не просто желанием имения денег, золота или чего-то дорогого, а этой страстью называет и любую привязанность человеческой воли: «Не думай, — говорит прп. Исаак Сирин, — что только приобретение золота и серебра есть любостяжательность; она есть приобретение чего бы то ни было такого, к чему привязана воля»[50].

    Как видно, святые отцы и подвижники благочестия в определении страсти сребролюбия сосредоточивают внимание на разных аспектах этого порока и разных, но одинаково пагубных, ее последствиях. Одни из них делают акцент на том, что страсть сребролюбия не является природной и зависит от выбора человека, другие же, на том, что в страсти сребролюбия кроется гибель души, которая делает человека неспособным к богообщению, заменяет собой Бога и ставит себя на место идола. Все из них призывают быть умеренными и воздержными в своих желаниях, не позволять страсти поселяться в своем сердце и стараться все употреблять во славу Божию.

    Согласно словарю Lampe G.W.H. A Patristic Greek Lexicon[51], где рассматривается греческая терминология святых отцов, в определении страсти сребролюбия используется два термина πλεονεξία и αἰσχροκέρδής. Причем πλεονεξία имеет девять определений, а αἰσχροκέρδήςвсего одно.

    В определении греческого слова πλεονεξία в словаре Lampe используются следующие значения:

    - сребролюбие (свт. Климент Александрийский, св. Поликарп Смирнский, мч. Иустин Флософ, Ориген);

    - корысть, выгода (свт. Климент Александрийский, свт. Иоанн Златоуст);

    - лихоимство, скорбь, особенно скорбь, порабощенная дьяволом (oppression by devil) (свт. Климент Александрийский, свт. Иоанн Златоуст, свт. Афанасий Александрийский, свт. Кирилл Александрийский, еп. Феодор Кирский);

    - несправедливое, грубое отношение (свт. Климент Александрийский);

    - гордость (Евсевий Кесарийский);

    - превосходство над другими, выгода (свт. Климент Александрийский);

    - богатство (свт. Иоанн Златоуст, еп. Феодорит Кирский);

    - одержимость бесами (св. Ипполит Римский и Ориген)[52].

    А в определение термина αἰσχροκέρδήςиспользуется одно значение — sordidly greedy of gain, т.е. чрезмерное корыстолюбие (см.: еп. Феодор Кирский толкование на (1 Тим. 3:8))[53].

    Заметим, святые отцы и подвижники благочестия не пытались давать четкого определения страсти сребролюбия, а зачастую целились показать, в чем эта страсть проявляется, т.е. какие существуют признаки действия страсти на человеческую душу и тело и каким образом с ней бороться.

    Стоит помнить, что во всех проявлениях страсти сребролюбия есть один общий мотив — желание обладать многим, любовь к самому процессу и к приобретению и обладанию как можно большим.

    монах Агафангел (Давлатов)

    Ключевые слова: страсть, корыстолюбие, сребролюбие, мшелоимство, лихоимство, любостяжание, мамона, Священное Писание, святые отцы, свт. Иоанн Златоуст

    [1] Леонов В., прот. Основы православной антропологии: Учебное пособие. — М.: Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви, 2013. — С. 215.

    [2] Зарин С. М. Аскетизм по православно-христианскому учению. Этико-богословское исследование. — Киев: Общество любителей православной литературы. Издательство имени Льва, папы Римского, 2006. — С. 215.

    [3] Духовные стороны христианства // URL.: http://pagez.ru/ds/strasti.php (дата обращения: 24.01.2017 года).

    [4] Зарин С. М. Аскетизм по православно-христианскому учению. Этико-богословское исследование. — Киев: Общество любителей православной литературы. Издательство имени Льва, папы Римского, 2006. — С. 241.

    [5] Макарий Великий, прп. Духовные беседы. — М.: Издательство СТСЛ, 2014. — С. 93.

    [6] Леонов В., прот. Основы православной антропологии: Учебное пособие. — М.: Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви, 2013. — С. 215.

    [7] Иоанн Дамаскин, прп. Точное изложение Православной веры. — М.: Сибирская Благозвонница, 2012. — С. 315.

    [8] Свт. Иоанн Златоуст учил, что в раю для укрепления естества Адама дано было Богом три рода деревьев, — были деревья, дававшие ему пищу для жизни, были деревья, способствовавшие благополучной его жизни, и было дерево, охранявшее его для жизни вечной. См.: Иоанн Златоуст, свт. Полное собрание творений. В двенадцати томах. Т. VI. — СПб.: ЗЛАТОУСТ, 2004. — С. 599.

    [9] Иоанн Златоуст, свт. Полное собрание творений. В двенадцати томах. Т. VI. — СПб.: ЗЛАТОУСТ, 2004. — С. 809.

    [10] Леонов В., прот. Основы православной антропологии: Учебное пособие. — М.: Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви, 2013. — С. 217.

    [11] Зарин С. М. Аскетизм по православно-христианскому учению. Этико-богословское исследование. — Киев: Общество любителей православной литературы. Издательство имени Льва, папы Римского, 2006. — С. 214.

    [12] Шиманский Г. И. Учение святых отцов и подвижников Православной Церкви о борьбе с главными греховными страстями и о добродетелях. — М.: Издательство Сретенского монастыря, 2006. — С. 135.

    [13] Там же.

    [14] Иоанн Кассиан Римлянин, прп. Писания. — М.: Молодая гвардия, 1993. — С. 358.

    [15] Там же. С. 315.

    [16] Авва Дорофей, прп. Душеполезные поучения. Поучение. Краткие изречения. — М.: Издательство СТСЛ, 2016. — С. 95.

    [17] Авва Фаласий, прп. // Добротолюбие. В пяти томах. Т.III. – М.: Сибирская Благозвонница, 2015. — С 230.

    [18] Максим Исповедник, прп. Творения. В двух томах. Т. II. — М.: Издательство ПСТГУ, 1994. — С 255.

    [19] Леонов В., прот. Основы православной антропологии: Учебное пособие. — М.: Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви, 2013. — С. 230.

    [20] Septuaginta: id est Vetus Testamentum Graece iuxta LXX interpretesedidit Alfred Rahlfs. — Stuttgart: Deutsche Bibelgesellschaft, 1979. — 942 p.

    [21] Nestle-Aland .Novum Testamentum Graeceet Latine. — Stuttgart: Deutsche Bibelgesellschaft, 1999. — 810 p.

    [22] Φιλαργυρία — сребролюбие, любовь к деньгам, скупость.

    [23] Πλεονεξία — жадность, своекорыстие, корыстолюбие, выгода, польза, преизбыток, излишек, алчность, жадность, лихоимство, любостяжание, ненасытимость, хитрая уловка.

    [24] Αἰσχροκέρδεια — низкая алчность, корыстолюбие.

    [25]Греческо-русский лексикон Нового Завета с номерами Стронга и греческой Симфонией. Под ред. Журомского В. — Житомир: Украинское Общество Благодати, 2006. — С. 13, 327, 256.

    [26]С греч. буквально означает: пользоваться корыстолюбиво, обижать, притеснять, делать ущерб или искать корысти.

    [27]С греч. буквально означает: драчун, задира или ударяющий в голову.

    [28]С греч. буквально означает: спекулянт, мошенник, жулик.

    [29] Иоанн Кассиан Римлянин, прп.Писания. — М.: Молодая гвардия, 1993. — С. 88.

    [30] Иоанн Лествичник, прп. Лествица, возводящая на небо. — М.: Издательство Сретенского монастыря, 2007. — С. 258.

    [31] Игнатий (Брянчанинов), свт. Собрание сочинений. В семи томах. Т. VI. — М.: Терирем 2011. — С. 365.

    [32] Иоанн Златоуст, свт. Полное собрание творений. В двенадцати томах. Т. IV. — СПб.: ЗЛАТОУСТ, 2004. — С. 211

    [33] Иоанн Кассиан Римлянин, прп. Писания. — М.: Молодая гвардия, 1993. — С. 90.

    [34] Там же. С. 93.

    [35] Тихон Задонский, свт. Собрание творений. В пяти томах. Т. III. — М.: Издательство сестричества во имя Святителя Игнатия Ставропольского, 2009. — С.115

    [36] Шеховцова Л.Ф., Гришина Е.Н., Легостаева М.В. Преодоление страсти аскетическими и психологическими методами. — М.: Издательство СТСЛ, 2014. — С. 103.

    [37] Филимонов С., прот. Лечебник духовный. Борьба со страстью сребролюбия. — СПб.: Пантелемоновский листок, 2008. — С. 6.

    [38] Василий Великий, свт. Творения. В двух томах Т.II. — М.: Сибирская Благозвонница, 2012. — С. 98

    [39] Дьяченко Г., прот. Полный церковнославянский словарь. — М.: Отчий дом, 2013. — С 689.

    [40] Игнатий (Брянчанинов), свт. Собрание сочинений. В семи томах. Т. V. — М.: Терирем 2011. — С. 356.

    [41] Гумеров Павел свящ. Православная аскетика, изложенная для мирян: О борьбе со страстями. — М.: Издательство Сретенского монастыря, 2010. — С. 180.

    [42] Правдолюбов С., прот. Мшелоимство // URL: http://verapravoslavnaya.ru/?Msheloimstvo_-_alfavit (дата обращения 10.10.2017 года).

    [43] Амвросий Оптинский, прп. Собрание писем. — Козельск: Издательство Оптиной пустыни, 2012. — С. 200.

    [44] Иоанн Златоуст, свт. Полное собрание творений. В двенадцати томах. Т. XI. — СПб.: ЗЛАТОУСТ, 2004. — С. 273.

    [45] Исидор Пелусиот, прп. Творения. В двух томах. Т. II. — М.: Издательство сестричества во имя Святителя Игнатия Ставропольского, 2001. — С. 18-20.

    [46] Фотий (Спасский), архим. Борьба за веру. — М.: Институт русской цивилизации, 2010. — С. 88.

    [47] Иоанн Златоуст, свт. Полное собрание творений. В двенадцати томах. Т. IV. — СПб.: ЗЛАТОУСТ, 2004. — С. 211.

    [48] Авва Фаласий, прп. // Добротолюбие. В пяти томах. Т. III. — М.: Сибирская Благозвонница, 2015. — C. 298.

    [49]Авва Исаия, прп. // Добротолюбие. В пяти томах. Т. I. — М.: Сибирская Благозвонница, 2015. — С. 102.

    [50]Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические. — М.: Правило веры, 2009. — C 56.

    [51] Lampe G.W.H. A Patristic Greek Lexicon. — London, 1961. — 1568 p.

    [52] Там же. С. 1091.

    [53] Там же. С. 54.


    Смотрите также




    © 2012 - 2020 "Познавательный портал yznai-ka.ru!". Содержание, карта сайта.